Стихийный мир. Султан Эфир

– До что со мной могло случиться среди хвостатых рыбешек, лидэ? – усмехнулся султан, сбоку донеслись сдавленные женские смешки.

– Не стоит недооценивать морской народ, Эфир, я всегда говорила, – строго покачала головой Ягайна, теперь периодически кидая на меня поверхностные, но довольно неуютные взгляды. – Хоть ты и, несомненно, силен, и мощь твоя превышает всех остальных аватаров, ты все же не бессмертен – и неплохо бы об этом помнить! Мог бы послать… на это “важное” дело кого-то из наших доблестных яроганов.

На словах “важное дело” султаншу слегка перекосило, и она снова окинула меня коротким пренебрежительным взглядом. Мгновенно стало ясно, что с этой мадам мы не подружимся.

Впрочем, не больно-то и хотелось. Лишь бы не было от нее проблем, а вот в этом я уже была не столь уверена.

– Вы, как всегда, перегибаете перья, матушка, и не даете мне представить мою гостью, – улыбнулся Эфир, чуть поворачиваясь в мою сторону.

Снова кто-то сбоку зашушукался, а лицо султанши с трудом перекосило в сторону улыбки.

– Дуплексный маг? Интересно! Редко встречаются на нашей земле такие люди, – протянула она мне одновременно это сомнительное приветствие и свою бледную пухлую руку – явно для поцелуя. Мне аж поплохело.

Неужели я обязана была это делать???

Многозначительно посмотрела на Эфира, но султан лишь прищурился, продолжая улыбаться и не сводить с меня любопытного взгляда. Сам-то он матушке ручку уже уважил и явно ждет того же и от меня. Дело-то понятное: правила, этикет и дань уважению.

Вот только я в этом султанате не по своей воле! В гости меня не звали, а значит, и уважать я здесь никого не обязана. Тем более пухлощекую мадам, поглядывающую на меня как на нечто неприятное.

Впрочем, я успела заметить, что оглядеть султанша меня успела весьма качественно. Ее острое внимание не обошло ни мою внешность, ни помятый и слегка порванный наряд, ни богатый кракеновский гарнитур Венинумары, ни виал Первых драконов, что висел у меня на шее и иногда едва заметно пульсировал. Оборванкой я точно не выглядела. А значит, ее едва скрываемая неприязнь обусловлена чем-то иным.