Страсть Черного Палача

Возможно, все произошедшее вчера вообще оказалась случайностью, и мы теперь никогда не увидимся? Для моего чувства собственного достоинства так явно было лучше.

Поднявшись в свою маленькую комнатку на Белой улице, я едва успела скинуть туфли и вскипятить немного воды для чая, как в дверь постучали. Было сложно не догадаться, кто это. Единственным моим знакомым в городе сразу после переезда стал ашаи Бэйлор Зантарен. Молодой человек лет тридцати. У него были светлые, чуть зеленоватые глаза и короткие пепельные волосы.

Главное, что именно он помог мне, когда я оказалась в этом чужом месте. В полном одиночестве, без связей и почти без денег. Стены монастыря Белой чайки закрылись слишком внезапно для одной из своих послушниц. И несколько месяцев назад только случайное знакомство с этим благородным ашаи помогло мне встать на ноги.

– Привет, Лилиан, – бросил он с порога, как всегда церемонно кланяясь, хотя наша разница в положениях обязывала делать все наоборот.

Я улыбнулась, пропуская мужчину в комнату. Он еще не в курсе, что я устроилась на работу, и вряд ли обрадуется, узнав, куда именно.

– Бэйл, я немного устала, и, боюсь, не смогу быть тебе сегодня хорошей собеседницей.

– Ты для меня всегда самая лучшая из собеседниц, – ответил мужчина, широко растягивая тонкие губы и садясь на кривоватую табуретку у окна. – У меня прекрасные новости, и я очень надеюсь, что не зря прождал твоего возвращения целый день.

Я вздрогнула, как всегда чувствуя себя неловко под его светлым, немного водянистым взглядом. Бэйл любил смотреть прямо в глаза, пристально и не отворачиваясь. А мне от этого было немного не по себе. Наверно, сказывалось скучное монастырское воспитание. А потому я через силу заставила себя не отводить взгляда и тоже улыбнуться.

– Что же это за новости?

Мужчина глубоко вздохнул, набирая воздуха в легкие, и проговорил:

– Выходи за меня замуж, дорогая Лилиана!

Я закашлялась чаем, который только что налила нам обоим.

– Вы с ума сошли, ашаи Зантарен? – воскликнула я, когда возможность говорить вернулась.

А потом вышла из-за стола, взяла тряпку и начала вытирать стол.

Мужчина слегка скривился, отодвигаясь от серого куска ткани, но тут же ответил:

– Дорогая Лилиана, я долго думал.