Мой князь Хаоса

Хвала Светлой Прародительнице, у Палирии был такой же молодой наследник. Леонарел. Они с Эленикой прекрасно подходили друг другу. Жаль только, у них не было времени познакомиться поближе.

До сегодняшнего утра княжна видела жениха лишь на маленьком портрете, способном уместиться на ладони. Но он оказался именно таким, каким она его себе и представляла.

Как только солнце вошло в зенит, жрицы Прародительницы провели брачную церемонию. До чего же красиво золотились его светлые волосы сквозь призму храмовых витражей! В тот момент княжна впервые почувствовала, что их брак может быть счастливым.

Девушка улыбнулась воспоминаниям этого дня. Они затмевали все. Даже глупые истории служанок о том, что Леонарел в свои двадцать два года слишком падок на женщин, а в постели ненасытен и груб. Поговаривали, что в его покоях в Палирии побывали поголовно все служанки дворца.

Но это не могло быть правдой. Мужчина с такими кристально-голубыми глазами не может быть плохим человеком. Эленике казалось, что он похож на ангела.

С трепещущим сердцем она остановилась напротив заветной двери.

– Здравствуйте, госпожа, – раздался голос сбоку.

От неожиданности девушка дернулась, положив руку на грудь и тяжело дыша. В плену тревог и размышлений она не заметила служанку.

– Что такое? – спокойно спросила княжна, мгновенно беря себя в руки.

– Его Светлейшество князь просил вас надеть вот это перед тем, как войти, – проговорила служанка, не глядя на госпожу. Ее глаза были покорно обращены в пол, и Эленика могла наблюдать перед собой только темную макушку.

«Это хорошо, что ты не видишь моего лица», – со стыдом подумала покрасневшая молодая правительница, взяв в руки широкую черную ленту. Мягкий шелк приятно холодил кожу.

Повертела повязку в руках, все же не решаясь надеть.

«Зачем это?» – немного испуганно подумала она, а служанка тем временем подхватила ленту со словами:

– Позвольте мне помочь…

Если бы в тоне девушки Эленика услышала хоть малейшую усмешку! Но служанка была крайне обходительна и культурна.

– Князь сказал, что так вам будет проще, – с уважением проговорила она, завязывая ткань и одновременно распахивая старые двери.

Вместе с тьмой навалился и страх.