Лунарис. Любимая кошка магистра

 – Примешь ли меня в свои колдуньи, Хаос?

И отвернулась, словно мне до его ответа нет никакого дела. А дело было. Было.

Пламя снова взметнулось вверх, почти достав до потолка голодными языками, а затем прямо из бездны раздался оглушительный хохот.

– Пушистенько… – еле слышно выдохнула я, вслед за магистром подняв глаза к сводам зала, где уже остались следы гари.

Все это очень дурно пахло.

И вот, наконец, проклятый миг настал, и в окружающей болезненной тишине раздался довольный шелестящий ответ:

– Кто, если не ты?.

– МОЛЧАТЬ! – крикнула я, взглянув прямо в бездну тысячи глаз.

И в тот же миг огонь исчез, словно его и не было. Провал закрылся, а на его месте, остывая, бледнел серый камень пола.

Все было кончено. Только колдовские глаза Анхеля были полны опасной черноты да адепты смотрели на меня так, словно я кого-то убила.

– Пушистенько, – повторила охрипшим голосом и почувствовала, как силы покидают меня.

Похоже, перенапряглась, бывает.

– Вот фрикс…

И тьма заволокла все вокруг, поглотив и меня.

Глава 7

Анхель

Этого он не ожидал. Всего, чего угодно, но не этого.

Анхель успел подхватить Лунарис в самый последний момент, не дав ей упасть и разбить голову о каменный пол.

Этого еще не хватало. Чтобы подозрительная темная магичка убилась прямо в его собственной аудитории, да еще и рядышком с бездной Хаоса.

Вот Аргейниан был бы рад! Но такой подарок Анхель ему делать не собирался.

Он поднял на руки легкую женскую фигурку и, взглянув в ее бледное лицо, на миг замер.

Бешенство кипело в груди, ведь она обманывала его, однозначно обманывала!

Но стоило ему посмотреть на бесчувственную девушку, как в груди неприятно кольнуло. Она казалась такой маленькой и хрупкой. Такой слабой…

– Ложь, – выдавил он тихо сквозь зубы.

– Что это было, магистр? – выдохнул Адельбер – единственный из всех адептов, рискнувший задать ему вопрос.

“Видимо, мозгов у этого наименьшее количество, – мрачно подумал Анхель, окинув внушительную мускулатуру парня, нарочно демонстративно выставленную на всеобщее обозрение благодаря кожаной жилетке. – Позер”.

Вслух он не ответил ничего.