Элиза и Беатриче. История одной дружбы

Пока Беа читала, я неотрывно следила за ней, переминаясь с ноги на ногу, дрожа и вздрагивая от малейшей ряби на ее лице, от движения бровей, губ. Казалось, я сейчас умру.

– Здорово, – сказала она наконец. – В самом деле здорово, Элиза.

Глаза ее сияли, и я наполнилась безмерным, экстатическим счастьем.

Беатриче убрала письмо в конверт, попросила у сотрудника ручку, что-то написала сверху и пошла вверх по лестнице. Я за ней. Вот только она не свернула к нашему классу, а стала подниматься дальше.

– Что ты задумала? – тревожно спросила я.

Она не ответила. Только сейчас небольшими группками начали подтягиваться остальные ученики. На третьем этаже Беатриче свернула направо по коридору и двинулась к двери в глубине – кабинету пятого «C».

– Не надо! – я попыталась удержать ее, выдернуть письмо.

Но Беатриче вытянула руку вверх, лишив меня всякой возможности сделать это. Она была слишком высокая. Мои глаза наполнились слезами:

– Я не хочу, чтобы он его читал!

– А зачем тогда писала?

Я писала для нее.

Писала для себя. Чтобы доказать, что я на что-то гожусь.

Он был настоящий, из плоти и крови; он не имел отношения ко всей этой лжи.

– Не надо, пожалуйста!

Беатриче сверкнула глазами:

– Тогда мы больше не подруги.

Я окаменела.

– Решай. Или мы сейчас идем и кладем письмо ему в парту, или – клянусь – я с тобой больше не разговариваю. Вернусь за свою парту, и тебя все заплюют.

Вот она, стерва.

Выползла наружу. Как в первый школьный день, как всякий раз, когда она смеялась над Биеллой-шевели-поршнями.

Эта стерва хотела только побеждать. Преступая любые моральные, социальные и гражданские ограничения. Дружба? В топку. Любой ценой добиться своего.

И она добилась.

Мы зашли в кабинет пятого «C». Беатриче и правда подготовилась, все спланировала – знала, куда идти: к последней парте у окна. Парта была вся изрезана надписями, в ней лежала забытая книга.

И мы сбежали.

7

Феррагосто. Как Б. спасла мне жизнь

«И они пожирают друг друга глазами, ищут друг друга, тянутся тайно руками по покрытому льном столу». Это не про нас с Лоренцо, хоть и из сборника «Переменная звезда».