Обещание Габриеля

Габриель взглянул на свою дочь, на надежно держащие ее руки отца.

У Ричарда на пальце все еще было обручальное кольцо. Габриелю хотелось, так хотелось сказать Ричарду, что в больнице ему снилась Грейс. Но даже через три года после смерти жены Ричард все еще носил печать горя – сеть глубоких морщин на лице и седину в волосах. Так что о явлении ему Грейс Габриель решил промолчать.

Он соединил подставки с вертикальными стойками опоры.

– Во время родов начались осложнения. Меня выставили из зала. Потом дали мне Клэр, но Джулию не показали.

Я думал, что она умерла.

– Сын… – Голос Ричарда сорвался.

Габриель сунул руку в ящик с инструментами, взял отвертку, начал затягивать болты.

– Как ты справляешься? – спросил он.

Ричард нежно, чтобы не разбудить, тронул головку Клэр.

– Если коротко – справляюсь. Но прежней жизнь уже не будет. Принятие освобождает, – продолжал он. – Я понимаю, что изменилось все, и стараюсь свои взгляды изменить соответственно. Но все равно я по ней горюю.

Горюю по ней, по несбывшемуся. Время идет, горе слабеет, но не исчезает никогда, а я научился с ним не бороться. Я утратил любовь всей своей жизни, и эту потерю буду ощущать всегда.

– Она иногда является ко мне во сне. Но только в нашем доме. И меня это утешает.

– Мне жаль, что я не был тогда с тобой.

Ричард посмотрел недоуменно:

– Но ты же был?

– Не совсем. – Габриель погрузился в сборку колыбели, навинчивая на ножки распорки, чтобы конструкция не шаталась. – Я тогда погряз в собственном эгоизме.

– Когда умерла Грейс, ты пришел и сел со мной на землю.

Габриель поднял брови.

– Из Библии, книга Иова, – пояснил Ричард. – Друзья Иова услышали о его страданиях и пришли навестить его.

– Друзья Иова не такие уж герои, – возразил Габриель.

Он присоединил мотор к опорам и убедился, что конструкция не опрокинется.

– Тоже верно. Но когда они увидели Иова, сидящего на земле, то пришли и сели с ним. И не говорили ни слова семь дней, потому что видели, сколь велика его скорбь.

 – Ричард подождал, пока Габриель посмотрит ему в глаза. – Когда умерла Грейс, ты пришел и сидел на земле со мной.

Габриель промолчал. Чувства кипели в его груди. Взяв гаечный ключ, он затянул болты, крепящие мотор к опорам.

– Я часами размышлял о своей утрате. Но часами же и вспоминал счастливые времена. И заключение, к которому я пришел, таково: лучшее, что мы можем друг для друга сделать, – это быть рядом и любить.