Оскал предназначения

Возможно, я плохо знаю его вкусы, и он решит публично напихать мне во все отверстия чеснока и засунуть в задницу розу, непременно с острыми и толстыми шипами, или кол осиновый найдёт?

– Прекрати! – закричала Берта, – Ты не видел Марку уже несколько сотен лет! Ты и представить себе не можешь, каким отморозком он стал! Представь только, этот… упырь собирается уничтожить всё, до чего дотянется!

– Слишком мало нас осталось, Бер, не думаю, что этот гадёныш с прибитой к голове короной станет проливать и без того ставшую редкой кровь вампира.

Люди достаточно нас переубивали. Не станет же Марку уподобляться средневековому народу, – попытался сбавить накал страстей Алистар.

– Тебе мало того, что он задумал? – мышь исподлобья глянула на своего друга. – Мир летит в пропасть, не только наш. Скоро все перемешаются в этой великой бойне и уже не поймёшь, где человек, а где монстр вроде нас с тобой. Одни монстры будут порождать других, если им так приспичит. А будут ли нас волновать подобные мелочи – будем ли мы сами пусть и условно говоря – живы с такими взглядами? И что нам останется в будущем, если все доступные миры погрузятся во мрак и хаос, а смерть не оставит шансов никому?

– Тебе не идут такие речи.

Ладно, я – зануда, но двое зануд – это уже перебор, – Алистар попытался придать своему голосу более-менее обнадёживающий и лёгкий оттенок, чтобы погасить мрачные прогнозы крылатой подруги.

– У меня сейчас лапы отвалятся, и голова уже кружится, – пожаловалась мышь и сорвалась с плеча вампира, пару кругов намотала вокруг рекламного щита и спикировала на дерево, мастерски повиснув на нижней ветке вниз головой, как настоящий крылан.

Вид у неё был немного обиженный, но больше расстроенный.

– Марку так и не смягчает твоё наказание? – мягко спросил вампир и погладил подругу по маленькой пушистой головке.

– Как видишь, – вздохнула Берта. – Вот и посмотри, кто и что он, раз за столько веков так и не позволил мне стать самой собой. Это проклятие я буду нести вечно, если только другие летучие мыши не решат откусить мне голову.

– Несправедливо.

– А ты ждёшь справедливости от нечисти, да ещё от Марку? Аристарх, ты меня удивляешь! Жизнь с людьми сильно повлияла на тебя, – вспыхнула Берта снова, подумав о том, что они оба тоже ведь нечисть.

– Прости, совсем я забыл, сколько лет ты не можешь превратиться обратно? – спросил вампир.

– Триста лет, – буркнула Берта. – И обид Марку не прощает, особенно таких… Я тоже оказалась хороша.