О чём молчат ведьмы

Те падали, ударяясь с гулким стуком о черепицу, а потом катились, подпрыгивая, пока не слетали вниз… Среди деревьев было много кустов спиреи, рододендронов, сирени, роз. А уж сколько в саду росло трав и цветов – не сосчитать! Как можно было всё это втиснуть на небольшой клочок земли? Но самое удивительное, что бабушка засадила свой сад так, что всё время что-нибудь цвело.

Сейчас горели жёлтым два огромных куста форзиций, покрытых мелкими цветочками, а в траве расцвели крокусы и пролески. У каждого камня или ствола, тесня друг друга, они показывали миру свои красивые разноцветные короны: белые, лимонные, фиолетовые, голубые…

По веткам скакали птицы, над садом кружили чайки, напоминая о близости моря, шум которого быстро стал привычным, отчего ухо уже не улавливало его.

Стася очищала дорожку вокруг дома, любуясь мягкими кочками весёлого мха вокруг каждого камешка. Она подошла к северной стороне дома, плотно увитой тёмно-зелёными резными листьями плюща. Здесь было тихо, словно в заводи, и стояла маленькая деревянная скамейка.

Стася поставила корзину, присела на скамью и вытащила блокнотик, который всегда носила с собой. Открыла его и стала делать наброски. Если девушка видела что-то, её вдохновлявшее (а вдохновить её могла любая мелочь), она тут же садилась писать или рисовать. Но это были необычные работы. В них реальность сплеталась с фантазиями. Сейчас Стасю воодушевили листики плюща, она быстро набросала резную веточку, но на самом крупном листке пририсовала маленького эльфа в венке, который гладил божью коровку.

– Какая красота! Можно посмотреть твои рисунки? – сказала незаметно подошедшая Старая Ксения.

Стася протянула ей блокнот, и бабушка стала внимательно рассматривать наброски, потом подытожила:

– У тебя, дорогая, талант. Рисуешь ты удивительно красиво!

– Правда? – воодушевилась Стася. – А я ещё и пишу… Сказки.

– Да? – настал черёд удивляться бабушке. – Ты прочтёшь мне что-нибудь вечером?

– Обязательно…

– А сейчас давай закончим уборку и пойдём в дом.

…Уже в одиннадцать, когда солнце прогрело воздух, Стася поднялась по лестнице на самый верх утёса. Ей вдруг очень захотелось свернуть направо и подойти к маяку. Она даже ощутила давно забытую шершавую поверхность его стен, выбеленных краской. На секунду девушка задумалась, глядя вверх, где поблёскивали стёкла маяка.