Последнее дело Лаврентия Берии

Именно так американцы проводили свои бомбардировочные рейды в Германии на Западном фронте во время Второй мировой – буквально «заваливая трупами» самолетов немецкую ПВО. На это уходило несколько процентов самолетов, а остальной поток долетал до объектов.

– Понятно, и что из этого следует?

– А то, что наши истребители не должны им это позволить. Они могут сбить множество летающих крепостей и напугать американцев. Я разговаривал с лейтенантом Мацкевичем. Он мне показался человеком здравого ума.

– Товарыш Бэрыя, не надо лирики.

– Я бы сделал так. Пусть изобретатель поможет сделать 10 устройств. Их следует поставить на МиГи, посадить на них лучших летчиков, и пусть попробуют. Если прибор окажется полезным, то предприятия нашего атомного проекта смогут их изготовить быстро и массово. Эти опытные образцы Мацкевич может сделать у меня в Атомном комитете.

– Так и решим.

Антирадар был создан в секрете даже от членов Политбюро. Видимо, Сталин уже начал подозревать, что среди высшего звена имеется «крот».

– Товарищ Сталин, приборы оказались очень полезными. Они очень просты в эксплуатации и улавливают радиоволны, которые испускают локаторы, поставленные на американских самолетах, и предупреждают наших летчиков об опасности – что за ними идет американский самолет.

– Хорошо, товарыш Берия. Вы обещали их быстро изготовить.

– Да, сделаем.

– Делайте, – Сталин дал задание Берии выпустить 500 таких антирадаров и установить их на всех истребителях, которые воевали в Корее.

– Товарищ Сталин, а зачем мы вообще в эту войну влезли? Вы же были против?

– Это товарыш Булганин подбил Кима, я тогда был в отпуске и был занят книгой о языкознании. Да и приболел я чуток.

– Да, я помню тогдашние заседания Политбюро.

– Еще одна насущная проблема – нефть. Добыча в Татарии растет медленно, в Баку залежи ее почти истощены.

– А почему бы нам не взять под свой контроль Иран? – спросил Берия.

Помолчав, Сталин сказал:

– Иран выглядит соблазнительной добычей. Он богат нефтью (в которой мы нуждаемся), а в военном плане абсолютно беззащитен. Беда, однако, заключается в том, что иранская коммунистическая партия Туде слишком слаба, чтобы победить в гражданской войне.