Золотые желуди

Через полчаса муж вёз меня на машине, а я делилась с ним тем, о чём думала недавно перед дверью кабинета. И впоследствии, какое бы тяжёлое дело мне ни предстояло в жизни, я всегда представляла себе самый лучший итоговый сценарий. Который сложится после того, как всё закончится. И я поделюсь с близкими, что всё позади.

– Да, – сказала старушка, – я так и поступлю. А можно моей собеседницей будете вы? Можно я вам позвоню и скажу, что операция прошла успешно, и мы с вами посмеёмся над тем, как я трусила?

– Конечно, – улыбнулась Тесс, – так и будет.

Приём был закончен, и Тесс, проводив клиентку до калитки, поспешно вернулась в дом, где трезвонил телефон.

Запыхавшись, она схватила трубку:

– Здравствуйте, это Тесс. Я слушаю вас.

– Это София. Я поговорила с мамой. Я согласна.

– Очень хорошо, София. Тридцать первого августа я жду тебя у себя. С вещами.

Тесс очень устала, но была удовлетворена и даже торжествовала оттого, как прошёл день.

Поработав в саду, Тесс поехала в магазин, где встретилась с Джеком. Весь вечер они провели в городе. У Джека были проблемы с документами, и Тесс повезла его к своему клиенту-юристу, чтоб тот помог им с оформлением бумаг.

На обратном пути Тесс рассказала Джеку о первой ученице. О том, что сбылись все знаки. И даже место работы Софии было во многом символично.

Уже совсем поздно они вернулись в «Два дуба» и провели вместе прекрасную ночь, когда всё, что делают двое, – божественно.

5

На следующее утро Тесс была уже более решительна и спокойна. Она снова собрала котят в корзинку, но уже только четверых. Без котёнка Софии.

Теперь она вытащила тёмного котёнка. Погладила его мягкую пушистую шёрстку, посмотрела в его серые умные глазки:

– Ну что ж, малыш. Твоя очередь!

Тесс надела на шею котёнку синюю ленточку, натянула на себя большую тёплую объёмную кофту – сегодня было ветрено и хмуро – и понесла малыша в машину.

Как только машина Тесс спустилась в долину, хлынул настоящий ливень. Тесс растерялась. Как же быть? Возвращаться назад, переждать? Котик смирно сидел в коробке и глядел на неё.

Тесс, рассуждая вслух, произнесла:

– Мы же с тобой не боимся дождя? Мы стойкие и не сахарные.