Шиншилла

Далась ему моя биография? Может, поплакать со мной хочет? Какая я бедняжка, без мамы и папы. Да даже я над этим не плачу! – Шилла?

Я вздрогнула, обернувшись. Он запомнил, как меня зовут? Тип полон сюрпризов – это точно.

– Какое имя странное. Это как то, что в мешке не спрячешь, только женского рода?

– Нет, это как зверушка, – развела руками я, улыбнувшись. – Шин Шилла. Это моя настоящая фамилия и выдуманное имя. Здорово придумано, правда?

– А на самом деле тебя как зовут? – тронувшись, поинтересовался он.

– А этого никто знать не должен. Не для того я придумывала псевдоним, чтобы меня называли по паспорту. А тебя-то как звать?

– А этого тоже никто знать не должен. – Его губы тронула едва уловимая улыбка и я, не веря глазам, развернулась к нему всем корпусом. Он похорошел и помолодел от этой мимолетной, тут же спрятавшейся обратно, улыбки.

– Ну, а псевдоним?

– У меня их слишком много.

– Ты вынуждаешь меня саму тебе придумать что-нибудь на время. – Я смотрела в лобовое стекло, как мы быстро движемся куда-то, но даже не пыталась запомнить путь.

Я, на самом деле, не умела ориентироваться в пространстве, поэтому если меня вывезти в незнакомое место, то я просто умру там, потерявшись. – Я буду звать тебя Крутой Мужик. Сам напросился.

– Крутой Мужик? – он снова заулыбался, но на этот раз оставил это выражение лица на подольше. – Я ждал чего-нибудь более художественного и красивого. Ты же девочка.

– Я уже давно не девочка! – гордо вздернула нос я. – Так, ты сделал выбор? Как мы займемся сексом, когда приедем?

– Мы не будем заниматься сексом.

– А куда же и зачем же ты меня везешь? – Не сказать, что я сильно насторожилась, но немного напряглась.

– Немного поздно задаваться такими вопросами.

– Только не говори, что хочешь на органы меня пустить или на куски порезать? Я не поверю.

– Почему? – он понажимал музыку, пролистывая что-то на диске, и остановился на какой-то композиции, сделав громче. Вдруг заиграл бессмертный шедевр «Призрак оперы».

Я посмотрела в его черные глаза, на которых бегали огни от встречных фар. Как бесенята пляшут, желтые и белые, белые и красные.

– Очень страшно! – показно зевнула я. – Ты, может, и не совсем обычный и нормальный, но парень что надо.

– Ты уверена? – Он больше не отвлекался от дороги.

– Тут и думать нечего. Не убиваешь же ты людей по ночам, и не насилуешь невинных девчонок? – Я засмеялась, махнув на него рукой и отвернувшись к боковому окну. – А хоть бы и так.