Шиншилла

Обежав тачку, я догнала его, поднимающегося по небольшой лестнице, ведущей в дом и служащей переходом из одного помещения в другое.

– Стой, – остановил он меня. Я застыла, едва не споткнувшись о первую ступеньку. – Резинку выплюнь. Вон мусорка.

Его палец указал мне путь к урне у стены. Я закатила глаза, прошевелив губами «зануда».

– Она ещё сладкая. – В нашей компании это был железный аргумент, что жвачка остается при нас.

– Хоть какая. Я не собираюсь потом по дому бродить с лупой и искать, куда ты её прилепила.

Сдавшись, я вытащила её изо рта и, как при прощании с товарищем, застыла на секунду, прежде чем разомкнула пальцы и отправила её на погибель. Этот хмырь мне новую должен будет! Но он уже отворял дверь, бесшумно, не звякая связкой, как все люди. Я быстро преодолела расстояние и встала впритык к его спине.

– Проходи. – Он отворил, явив передо мной вид на ярко освещенную просторную прихожую и пропуская перед собой. – А нет, стой опять!

Я уже сделала два шага, когда он поймал меня за шкирку, откинув обратно.

– Разуйся, – указал он на мои грязные ботинки. Несмотря на то, что его до сих пор блистали первозданной чистотой, как час назад купленные, он свои тоже снял. Из-за угла выбежало несколько маленьких собачек разных пород. Пудели, болонки, шпицы. Штук пять. Я пересчитала внимательнее, ориентируясь по хвостам. Шесть. Что за зоопарк?! Они все принялись обнюхивать наши ноги, высовывая языки и приподнимаясь на задних лапках.

Крутой Мужик прокричал это куда-то. Я, открыв рот, тут же выпрямилась и посмотрела на него. Так мы тут не одни?! Сведя брови на переносице, я локтем зарядила ему в район почки. Он удивленно и недовольно взглянул на меня узкими глазами, разрез которых придавал его лицу звериной хитрости.

– Ты что, бабе своей меня привез? – прошипела я.

– Да, я тут, что такое? – раздался женский голос из высокой арки, ведущей в соседнюю комнату.

– Я не один! Я привез нового домашнего питомца. – Испепеляя его глазами, я грозила ему кулаком, обещая размазать.

– Что?! Опять?! – разочарование, смирение, ласковое всепрощение. – Очередная кошка? Собака? Подбитая птица?

– Нет, интереснее! – Крутой Мужик ответил мне искрящимся и странным взором.