Пески времени

Теперь, семнадцать лет спустя, она хорошо понимала смысл того высказывания. Именно в созерцании она все обретала, в созерцании ум единился с душой. Дни были наполнены прекрасным умиротворением.

«Благодарю Тебя за то, что Ты даровал мне забвение, Отец Небесный. Благодарю Тебя за то, что Ты не оставляешь меня. Без Тебя я не смогла бы совладать со страшным прошлым своим… Благодарю Тебя… Благодарю Тебя…»

По окончании предрассветной молитвы монахини возвращались в свои кельи спать до восхода, до следующей службы.

В темноте к монастырю быстро приближался отряд под командованием полковника Рамона Акоки. Подойдя к стенам монастыря, Акока сказал своим людям:

– Хайме Миро и его мятежники вооружены. Действовать наверняка.

Он посмотрел на монастырские ворота, и на мгновение в его памяти возник тот, другой монастырь, из которого неожиданно выскочили вооруженные баски, и он увидел Сузану, падающую под градом пуль.

– Миро не обязательно брать живым, – сказал он.

Сестра Миган была разбужена тишиной.

Это была необычная тишина, тишина, наполненная движением, стремительным порывом воздуха и шелестом тел. До нее донеслись звуки, которых она не слышала на протяжении пятнадцати лет своего пребывания в монастыре. Ее сердце внезапно наполнилось предчувствием того, что произошло что-то ужасное.

Тихо поднявшись в темноте, она открыла дверь своей кельи. Не веря своим глазам она увидела, что весь длинный коридор был заполнен мужчинами. Из кельи настоятельницы появился великан со шрамом на лице.

Он тащил преподобную мать за руку. Миган в страхе смотрела на все это. «Это кошмарный сон, – думала она. – Здесь не может быть никаких мужчин».

– Где вы его прячете? – настойчиво спрашивал полковник Акока.

На лице преподобной матери Бетины застыло выражение ужаса.

– Тише! Вы в храме Божьем. Вы оскверняете его. – Ее голос дрожал. – Вы должны немедленно уйти отсюда.

Еще сильнее сжав ей руку, полковник тряхнул ее:

– Мне нужен Миро, сестра.

Это был не сон.

Начали открываться двери других келий, и оттуда появлялись монахини с полными растерянности лицами.

Жизнь в обители не готовила их к такому неожиданному повороту событий.

Оттолкнув преподобную мать, полковник Акока повернулся к одному из своих главных помощников, Патрисио Арриете:

– Обыщите здесь все. Сверху донизу.

Люди Акоки рассыпались по монастырю, врываясь в часовню, трапезную, кельи, поднимая еще спящих монахинь и грубо выталкивая их по коридорам в часовню.