Мельницы богов

«Десерт» был ростом пять футов шесть дюймов с красивой упругой грудью, о которой может мечтать любой мужчина.

К несчастью, в разгар десерта констебля Хансена отвлек шум мотора отъезжавшего от ворот замка лимузина.

– Это чертово место должно быть закрыто по понедельникам, – пробормотал он.

– Не отвлекайся, дорогой, и не снижай темпа, – уговаривала Энни.

– Не беспокойся, крошка.

Через двадцать минут констебль услышал, как отъезжает вторая машина. На этот раз любопытство разобрало его до такой степени, что он встал и выглянул в окно.

Это был служебный лимузин с тонированными окнами, за которыми не видно пассажиров.

– Ну, ты идешь, Лесли?

– Сейчас. Не понимаю, кто может находиться сегодня в замке. Он открыт только в дни посещений, а в остальное время – заперт.

– Я тоже так сделаю, дорогой, если не плюнешь на эти машины.

Еще двадцать минут спустя, снова услышав шум мотора, констебль Хансон принес свое либидо в жертву полицейским инстинктам.

Он насчитал еще пять лимузинов, покидавших замок с двадцатиминутными интервалами. Одна из машин притормозила у ворот, и констебль успел прочитать номер.

– Вроде бы сегодня твой чертов выходной, – пожаловалась Энни.

– Это может быть важно, – отмахнулся констебль, не вполне уверенный, должен ли доложить о случившемся.

– Что вы делали в замке Клеймор? – допытывался сержант.

– Осматривал достопримечательности, сэр.

– Замок был закрыт.

– Да, сэр.

Но оранжерея открыта.

– И вы решили осмотреть оранжерею?

– Да, сэр.

– В одиночку, разумеется.

– Ну… по правде сказать…

– Избавьте меня от интимных подробностей, констебль. Почему вы сочли машины подозрительными?

– Из-за их поведения, сэр.

– У машин нет поведения. Зато есть у водителей.

– Конечно, сэр. Водители очень осторожничали. Машины покидали замок с интервалами в двадцать минут.

– Вы, конечно, понимаете, что этому могут найтись тысячи совершенно невинных объяснений.

Фактически единственное, что не имеет невинного объяснения, – это вы, Хансон.

– Да, сэр. Но мне казалось, что я должен вам доложить.

– Верно. Вы запомнили номер машины?

– Да, сэр.

– Прекрасно. Можете идти, – велел сержант, но не удержался от прощальной остроты: – И помните: опасно швыряться камнями, если сидишь в стеклянном доме.

После ухода констебля он еще долго ухмылялся, довольный собственной шуткой.