Неприкаянный

Пускай она меня не видит, но я буду лицезреть ее всегда…

– Фрейд, мое имя Фрейд… – пробормотал я, открывая глаза.

Я быстро принялся осматривать комнату беглым взглядом, а в ней уже появились три рыцаря в закрытых шлемах. Элиза, стоявшая передо мной, начала нервно пятиться назад, а ее глаза стали полностью пустые – зрачки затмила глубокая белена.

– Илви, что с ней?! – прокричал рыцарь в броне, украшенной синей тканью.

Сестры были до ужаса напуганы, а Элиза схватилась обеими руками за голову и начала страшно кричать:

– О нет… Это великая душа! Он поглотит все в вечный мрак, я видела! Он возродит то, что нас всех погубило! Он слуга самой королевы!

Внезапно Элиза замолкла и прижалась к стене.

Ее руки тряслись, как и она сама, и вдруг она издала нечеловеческий вопль. Сестры прижались поближе друг к дружке, а рыцари, чьи лица были закрыты тяжелыми шлемами, не дрогнув, просто наблюдали. Кожа начала медленно сползать с головы Элизы, и она с криком и грохотом упала на деревянный пол. Все ее лицо медленно высыхало и скручивалось, она стала похожа на тех мертвецов у озера, а ее крик все не прекращался. И тут один из рыцарей, не выдержав этого кошмара, тяжелыми шагами пошел в сторону сестры. Со звоном он достал свой меч из чехла и занес над телом Элизы.

– Стой! – кричала старуха. – Не смей!

Но в ответ лишь прозвучал звук разрезания ткани и плоти, и сразу после этого крики сестры смолкли. Темно-красная кровь медленно вытекала из ее тела и пропитывала дощатый пол.

– Мерзавец… – прошептала охрипшим голосом старуха, начиная что-то колдовать своими морщинистыми руками.

Раздался скрежет металла.

– А ну, перестань, старая тварь! – крикнул рыцарь, преподнеся лезвие меча к самой шее старухи.

Я находился в самом центре нарастающего ужаса, но мне нужно было убираться отсюда как можно скорее, ведь теперь я знаю и помню свою цель. Рыцарь, чьи доспехи были украшены красной тканью, медленно вынул меч из продырявленного тела, и его клинок был весь покрыт кровью вперемешку с некой черной массой.

– А теперь рассказывайте, кто это и что еще за великая душа! – кричал рыцарь, показывая одной рукой на меня, а другой держа меч у горла старухи.

Сестры были не намерены отвечать, их лица покраснели от злости, а руки нервно сжимались, хрустя пальцами. Меня посетило осознание того, что оставаться здесь нельзя, поэтому я резко встал и громко заявил:

– Мое имя – Фрейд!

Все тут же повернули головы в мою сторону.