Край Вечности

Это здание оказалось самым высоким, из всех, что они пока видели. Отец бродил у края крыши, вглядывался вдаль, что-то бормотал себе под нос, но наконец все же пришел и сел рядом с дочерью. Вид у него был такой же измотанный, как у нее. Она подумала, что папа совершенно выбился из сил – всю дорогу он ее нес, а питались они одними лишь ягодами, которые он находил в лесу, или какими-то объедками из переулков.

Оказалось, что у города нет предместья – девочка сидела довольно близко к краю и видела дорогу, по которой они пришли, – лес начинался сразу у окраины.

Других улиц, кроме грунтовки, ведущей в город, за его границами тоже не было, чащу пересекала единственная узкая и прямая, словно туго натянутая нить, полоса. Девочке померещилось там какое-то движение, и она вытянула шею, чтобы лучше разглядеть. Нет, не померещилось: вдали и впрямь клубилось какое-то облако, катясь все ближе к городу.

Отец тоже это увидел, догадалась по его взгляду малышка.

Но не успели они понять, что это такое, как послышался ужасный звук: вопли, стоны, крики, и все они исходили из центра облака.

Они неслись одним потоком, как бегуны на гонке, и, добравшись до города, не остановились, а продолжили путь. У подножия здания, на крыше которого стояли малышка с отцом, раздался громкий визг. Девочка подумала, что от натиска здание вот-вот рухнет. Содрогнулся даже красный небосвод.

– Там! – ахнул отец.

Он схватил дочь, черную сумку и, спотыкаясь, помчался к лестнице. Тело малышки билось о грудь отца, будто они боролись. Он повторял себе под нос одно и то же слово, точно мантру, и его голос эхом разносился по лестнице, убаюкивая девочку:

– Высокое здание, здание в центре…

9

Руби проснулась одна в каком-то странном месте, и кое-что сразу привлекло ее внимание. Во-первых, у нее болел кончик безымянного пальца на правой руке. Разглядев его, малышка увидела крошечную красную точку, смахивающую на дырку от занозы.

– Папочка? – прошептала Руби. – Где ты, папочка?

Сквозь облачка пылинок струился тусклый красный свет. Помещение оказалось большим и темным. Стены, похоже, были сложены из кирпичей. Пол и потолок покрывали голые деревянные доски. Этаж был пуст – Руби все видела со своего места: от стены до стены и даже в темных углах. Все, кроме середины.