Космология монстров

При первом прочтении она закатывала глаза от истерического мелодраматизма автора, но в этот раз последние фразы рассказа застряли у нее в голове, породив смутное беспокойство:

«Звездный ветер приносит безумие… Эти когти и клыки веками стачивались о человеческие кости… Кровавая смерть на крыльях нетопырей из черных, как ночь, развалин разрушенных временем храмов Велиала… Сейчас, когда лай мертвого бесплотного чудовища становится все громче, а хлопки мерзких перепончатых крыльев слышны все ближе у меня над головой, только револьвер сможет дать мне забвение – единственное надежное убежище от безымянного и неназываемого».

– Где ты? – прошептала она в тишину дома. – Что тебе нужно?

12

В больнице Гарри продержали почти до обеда следующего дня. Когда Маргарет и девочки приехали его забирать, он уже ждал их у приемного пандуса – ужасно усталый, но на вид вполне здоровый. Гарри подошел к машине и со вздохом облегчения рухнул на пассажирское сиденье. Затем прислонился головой к окну и закрыл глаза.

– Ну и каков результат? – спросила она.

– Никаких результатов, – ответил Гарри. – Мне посоветовали обратиться к специалисту. Пройти дополнительные тесты.

Он достал из кармана визитную карточку, но спрятал прежде, чем она успела ее рассмотреть.

– И это все? Больше ничего не сказали?

Гарри покачал головой.

– Они не хотят ставить преждевременные диагнозы. Говорят, может быть все, что угодно, поэтому лучше подождать, пока не узнаем больше.

Своим ответом он словно дал ей разрешение притворяться, будто все нормально.

Теперь, с опозданием на несколько недель, она купила домашний тест на беременность и использовала его, когда осталась дома одна. Именно в этот момент в историю вступаю я, но пока еще находясь за сценой – в виде измененного цвета жидкости в пузыречке из тестового набора «Дэйзи 2». Мама села на край ванны и закрыла лицо руками. Ребенок.

Она потерла руками живот в том месте, где, по ее представлению, плавал я, делясь на клетки и обретая массу и форму. «Прости, малыш», – пробормотала она. Жаль, что я не мог ответить ей тогда, успокоительно приложив руку к стенке ее чрева изнутри. Я продолжал жить в счастливом неведении своего идеального маленького мирка, а не там, где она сидела в отчаянии.

И я оказался не единственной тревожной новостью, свалившейся на плечи Маргарет.