Или кормить акул, или быть акулой

Йохк деца и ваша дружно захохотали, а я лишь улыбнулся, потому что слышал эту шутку уже очень много раз.

– А разве в Грозном есть стоматологический факультет? – она протерла глаза за очками.

– В этом году открывают.

– Хорошо-о-о, – задумчиво протянула она. – Не зря это все в твою пользу так выстроилось.

– Хочешь, поражу тебя?

– А порази! – задорно вскинула голову Кесира.

– В самолете я летел рядом со своим будущим однокурсником.

С полминуты она, выпучив глаза, поочередно смотрела на каждого из нас с многозначительными паузами.

– На все Воля Бога! Это невероятно! Прямо в самолете… – она снова хлопнула в ладоши.

Ваша встал и глубоко вздохнул, как это обычно бывало, когда собираешься сказать хозяевам, что ты уходишь.

– Короче, Кесира, у тебя тут вообще скукота, я думал хоть Валид или Заур дома будут, поэтому мы поедем дальше! – он резко ударил меня по плечу, и я чуть не взвыл от боли. – Вот, товар завезли, продемонстрировали, а теперь забираем!

– Ты чего, не останешься? – обратилась она ко мне.

– Не могу, нужно появиться в институте, – виновато ужимался я. – Да и вообще дел много.

Она неодобрительно поглядела на меня поверх очков, но, в свойственной ей манере, тут же сменила маску негодования на искреннее умиление.

– Так, все, вы оба идите отсюда, а Саид вас догонит, – она погнала Амира и Висайта к дверям, обнялась с ними, а затем вернулась ко мне.

– Да, какой-то у него знакомый там есть, который сам навязался, утверждая, что чем-то сильно обязан папе.

– Ну, отец твой много хорошего делал в свое время, кто-то да точно ему обязан! – подмигнула она.

– Я этому рад, потому что мне не придется стоять по пять часов в ожидании своей очереди – меня запишут без моего участия. Но папа сказал мне завтра с утра поехать и показаться.

– Слушай, ну я просто в шоке! – она который раз хлопнула в ладоши. – Просто в шоке! Тебя точно что-то ожидает в этом институте! Как у тебя все так складно получается!

– Да, слава Богу, – смущенно кивнул я.

– Внимательно слушай, Саид. Никогда не старайся для кого-то меняться или пытаться показаться тем, кем ты не являешься. Никто этого не стоит, да и самому тебе это не нужно. Больше скажу: никому это не нужно.