Или кормить акул, или быть акулой

Хотя после этих слов можно и не продолжать.

– Саид, не могут же ошибаться абсолютно все! – воскликнула она.

– Я не думаю, что Ибрагим на языке абсолютно у всех. И меня очень напрягает, что сейчас он на языке у нас.

– Ладно, я больше ничего тебе про него не скажу. Твое дело. Просто…

– Ты за меня переживаешь, я это уже слышал, – я умиротворенно ей кивнул, – Я только… погоди, – я увидел кукурузу на уголке ее губ и протянул ей салфетку. – Я только попытаюсь уверить тебя, а ты уже думай, как хочешь, – она утерла губы салфеткой и вопросительно на меня посмотрела.

 – Да, да, убрала. Так вот. Если я увижу, что он действительно так плох, как о нем говорят, я буду избегать его, не переживай. Мне такие знакомства не нужны.

Я решил прогуляться с ней до «Гранд Парка» – где всегда стоит импровизированный таксопарк – и отправить ее домой. Я ходил мимо машин, вглядываясь в лица водителей, чтобы найти таксиста постарше. Пройдя почти за угол торгового центра, я увидел старичка с сухим морщинистым лицом за рулем видавшей виды покоцанной машины.

Я назвал ему адрес Лианы и заплатил заранее, а моя сестра, попрощавшись со мной, уселась сзади. Я провожал их взглядом, пока они не скрылись за поворотом.

– Вот так встреча, – послышалось прямо сзади меня.

Я не вздрогнул, хоть это и было внезапно и неожиданно.

– Ага, потрясающе, мы ведь так давно не виделись, – я пожал свободную руку Арби. – Что это он у тебя делает?

– На улице ему страшно, поэтому пошли домой скорее, пока этот здоровяк совсем не потерял уважение местной кошачьей братвы.

Арби забрал Боксера у родственников, у которых кот находился во время праздников. Он сидел в контейнере-переноске, и его напуганные глаза метались из стороны в сторону. Он очень жалобно и громко пищал, облизываясь после каждого громкого выкрика. Зрачки его расширились донельзя, и он сделался безумно красивым, даже красивее, чем обычно. Давно заметил, что красота кошачьих мордочек прямо пропорциональна размеру их зрачков.

У Арби за спиной был рюкзак, и я взял у него переноску с котом.

– Ух, вот он тяжелый, конечно… Что у тебя с рукой?

Правая рука Арби была перевязана эластичным бинтом в локте.

– Тетя попросила помочь ей дома, – взвел брови Арби.

– Получилось, как я смотрю.

– Ага, со стремянки свалился.

Придя домой, мы помолились, а затем я улегся на диван в своей комнате, чтобы вздремнуть. Мне еще не доводилось раскладывать его в спальное место, потому что гораздо сильнее нравилось спать вот так.