Дети Богов и Воинов

Если я дождусь появления Шехналла и его войска, все подумают, что я испугалась. – Я повернулась к сыну. – Ситрик, послушай меня. Сейчас не время ввязываться в борьбу за престол. Пусть корону наденет Дугалл. Сражайся на его стороне, но не глупи. Я вернусь с войском, как только смогу. Вместе мы уничтожим всех, кто встанет у нас на пути.

Наконец он кивнул:

– Хорошо, мама. Я тебе доверяю.

Я нежно поцеловала его в щеку:

– А теперь разыщи Фалька. Расскажи ему, в чем дело, и объясни, что он должен отвезти нас с Гитой в Нортумбрию.

– С Гитой? – фыркнул Ситрик. – Это она-то – твоя завидная невеста?

– Однажды ты поймешь, что похоть не играет в брачных союзах никакой роли.

Потерев пах, он бросил взгляд на дядю.

– Надеюсь, что не пойму.

?

Малморда похлопал племянника по спине и понимающе ухмыльнулся:

– Запомни, Ситрик: в жены бери, кого скажут, а в постель тащи тех, кого захочешь сам. Жены нужны, чтобы рожать детей. Поверь, так куда проще.

Я подтолкнула сына к двери, раздраженно шипя:

– Скорее, найди Фалька.

– До встречи, мама, – рассмеялся он, целуя мою руку. – Скоро увидимся.

Как только за ним закрылась дверь, Малморда смерил меня тяжелым взглядом.

– Смотри, чтобы из-за любви к смертному сыну не забыть, кто ты на самом деле. – Он повернул ладонь к потолку, и на ней расцвел огонек пламени. – Мы – последние потомки фоморов, и я верну все, что потеряли наши предки, но мне не обойтись без твоей помощи. – Я подумала, что брат еще никогда в жизни не выглядел таким серьезным.

Вытянув руку, я заставила внутреннее тепло устремиться к ладони и зажгла еще одно фоморское пламя.

– Ситрик станет королем Дублина и усидит на троне, только если вы сделаете, как я скажу. Поверь мне.

Малморда с такой силой обхватил пальцами мое запястье, что мне стало больно.

– Тогда уплывай. Но не забывай, что Дублин – ключ к моему успеху. Не смей его потерять.

– Не бойся, брат, – прошептала я, вырывая руку из его хватки.

Остров Феннит, 992 год

Фоула

– Собрание не начнется, пока все не усядутся! – воскликнула Лег, высоко поднятыми руками отгоняя прочь тех Потомков, что толпились возле нее и других хранителей даров. От ее жестов белые шелковые рукава платья нормандской выкройки напоминали крылья лебедя.

Разговоры затихли, и Потомки расселись по деревянным скамьям, окружающим главный стол Совета.