Двенадцать часов соблазна

 – На шоссе есть еще одна бургерная и пара кафетериев.

Мелисса наморщила нос:

– Я позавтракала двумя бургерами. Вряд ли я в ближайшее время захочу их видеть. Не могли бы мы пойти куда-нибудь еще? Я часто видела в ресторанном меню овощи по-колхапурски. Вероятно, здесь это фирменное блюдо.

– Вместе с колхапурскими сандалиями, – серьезно согласился Самир.

Мелисса состроила гримаску:

– Я не собиралась покупать обувь. Но давайте остановимся где-нибудь в городе.

На это уйдет лишний час, но Самир не возражал.

Они выбрали маленький ресторан в центре города: еда была чересчур пряная и не совсем по вкусу Самиру, но стоило задержаться хотя бы только, чтобы увидеть, как наслаждается едой Мелисса. В отличие от постоянно сидевших на диете женщин, с которыми встречался Самир, она ела с неподдельным аппетитом и, очистив тарелку, едва удержалась, чтобы не облизать пальцы.

– Десерт? – спросил он после того, как она все доела. – Есть разные сорта мороженого и гулаб джамун[2 - Гулаб джамун – вид традиционных индийских сладостей.]. Ох, нет, вам нельзя мороженое, если не переносите лактозу. Гулаб джамун?

Впервые кто-то вспомнил, что она не переносит лактозу. Люди, знавшие ее много лет, включая жену брата, продолжали при каждой встрече угощать ее молочными коктейлями и мороженым. Может, у него просто хорошая память, но она не могла не чувствовать себя немного польщенной.

– Гулаб джамун, – решила она.

Самир наблюдал, как она вонзает ложечку в сладкие шарики, из которых течет золотистый сироп. Трудно было не перепачкаться, и она несколько раз останавливалась, чтобы слизать сироп с губ. Он не мог отвести глаз от ее полного ротика и розового язычка. Она была первой женщиной на его пути, чей простейший жест был бессознательно чувственным. Но может, он просто превращается в похотливого старикашку?

– Сколько вам лет? – резко спросил он.

– Двадцать четыре, – ответила Мелисса, доедая гулаб джамун. – А что?

Действительно, что тут такого? Но на секунду она показалась ему такой молодой… почти несовершеннолетней.

– Я вспомнил о вашей листовке, – сказал он. – Я бы предположил, что она написана женщиной постарше. У которой есть дети.

– Ах это, – смущенно пролепетала она. – Я много времени проводила с невесткой, когда родился мой племянник. Ей больше некому было помочь с ребенком.