Туркменский парадокс

– Ну, – обернулся водила к Скоту, – куда едем, брат?

Скот в тепле заметно повеселел, и в нем проснулось чувство юмора.

– Шеф, – сказал он, – а есть тут у вас приличный бордель?

Таксист оценивающе оглядел Скота.

– Я француски не панимаю, – сказал он с легким восточным акцентом.

Скот пояснил ему значение слова «бордель».

– А, – сказал водитель, – так у нас вся страна бардель, тавариш.

– Хм, – со значением хмыкнул Скот, – ну, тогда жарь на проспект Туркменбаши. Трешку в зубы, если доставишь с ветерком.

Таксист ему понравился, Скот ценил людей с чувством юмора. Водилу он отнес к таким остроумцам, хотя большого остроумия в ответе таксиста я не нашел, равно как и в вопросах Скота. Однако оба они чувствовали удовлетворение от удавшейся «перестрелки» и с уважением взирали друг на друга.

Скот не был великим юмористом и шутил на уровне пациента, страдающего лобным синдромом[2 - Гипоманиакальное состояние с чертами детского поведения.]. Однако мое скептическое отношение к своим шуткам он расценивал как отсутствие понимания комического дара у отдельно взятой личности.

– Тот, кто смеется последним, – утверждал Скот, – возможно, не понял шутки…

Таксист доставил нас на площадь Сапармурата Ниязова и помог извлечь из багажника баулы, рассчитывая на то, что мой партнер раскошелится на чаевые, как и обещал в порыве театрального великодушия. Его расчеты оправдались: на Скота вдруг накатило вдохновение, и он широким жестом кинул водителю на чай целый рубль.

Не часто можно было видеть такой феномен природы, как бросание Скотом денег на чай, и я с интересом наблюдал за представлением, которое разыгрывал мой компаньон.

Таксист, привыкший к импровизациям загулявших командировочных, почтительно вытянулся, поблагодарил Скота и, лихо развернув тачку, растаял за поворотом. Я подхватил тяжелые баулы, и мы пошли к дому нашей бабули.

По дороге Скот прятал нос в теплый шерстяной шарф и глухо ворчал. Видимо, вдохновение оставило его, и он злился, что дал таксисту слишком много на чай; не мог же он дуться на мороз – не в правилах Скота было злиться на абстрактные вещи.

Иней лежал на выцветшей, пожухлой траве по краям арыков и на лысеющих ветвях деревьев, которые, прикрываясь редкой, еще не успевшей опасть листвой, смотрелись сиротливо, будто их обидели и насильно раздели.

До бабкиного подъезда баулы нес я, а на третий этаж поднимать их решил Скот.