Свадьба в Шаартузе

Все поздравляли диссертанта с выдвижением смелой гипотезы, интересуясь, как это он дошел до столь гениального озарения:

– Путем поиска и эксперимента, – скромно отвечал диссертант, – ведь если предмет падает на землю, – думал я, – значит, он подвергается либо притяжению снизу (по этому пути, кстати, пошел Ньютон), либо давлению сверху, правомочность последней гипотезы я и пытаюсь доказать.

– Почему, однако, вы решились опровергнуть Ньютона? – спрашивали коллеги.

– Из чувства ответственности, – отвечал Сирканисов, – наука не стоит на месте и долг ученого подвигать ее вперед.

– Правильно, коллега, – соглашались с ним в научных кругах, где за бокалом искристого шампанского Сирканисов развивал свои идеи, – давно пора потеснить авторитеты.

А подвыпивший доцент, приглашенный на банкет устроенный диссертантом, заявил, между прочим,

– Ньютон открыл закон земного тяготения, а наш Семен закрыл его.

Поскольку тема была необычной диссертацию соискателя отправили в Академию наук Таджикистана для выдвижения, чем чёрт не шутит, на Нобелевскую премию.

Ознакомившись с рукописью Сирканисова, таджикские ученые устроили дискуссию посвящённую открытию нового закона. После чего был поднят вопрос о компетентности диссертанта в целом и правомочности его преподавания в частности.

Семена Аркадьевича попросили освободить кафедру физики по собственному желанию.

– Обсуждение следовало провести в банкетном зале, – сокрушался он.

– Верно, – соглашался подвыпивший доцент, – глядишь, и растаяли бы за столом академики.

– Но ежели и умастил бы я своих академиков, – рассуждал Сирканисов, – то с нобелевским комитетом это было бы непросто.

– Почему не просто? – Спросил доцент

– А вдруг члены не приемлют восточной кухни?

– Какие члены? – соображал доцент.

– Нобелевского комитета, – отвечал незадачливый диссертант.

Некоторое время Семен Аркадьевич пытался выяснить – зарегистрирован ли в анналах истории способ, благодаря которому самому Ньютону удалось протащить в науку своё открытие.

– Тут что-то не так, – говорил он, – своими успехами Исаак, обязан секретам еврейской кухни.