Богоборцы. Книга 4

 – Не верьте, это всё неправда. Я не такой.

– Сомневаюсь, – рассмеялся мужик, протягивая мне руку. – Любомир. Дядя Катерины.

– Меня вы знаете, – я пожал её, – это Алёна, моя девушка.

– Очень приятно, – Милорадович элегантно поцеловал руку зардевшейся Алёнке. – И приношу свои искренние извинения за этот досадный инцидент. К сожалению, воспитание некоторых артистов оставляет желать лучшего.

– Или, точнее, паяцы вообразили себя хозяевами жизни. – Если начальник охраны был обязан быть корректным по отношению к объекту охраны, я мог выражаться, не выбирая слова.

– И за кладбищем хоронили, – кивнул Любомир. – Но из соображений служебной этики я не могу обсуждать нанимателей.

– Да вы тут оху… кх-кх-кх, – в этот момент в себя пришёл певец ртом, завопивший фальцетом, но закашлявшийся из-за сжатого горла. – Да вы знаете, кто я?! Да я…

– Покойник, если не заткнёшь хлебало, – рыкнул я, снова зыркнув на папуаса, отчего тот снова хлопнулся на задницу. – Как вы с этим дерьмом работаете, не представляю.

– Опыт, мой друг, большой жизненный опыт, – рассмеялся Милорадович. – Но в целом я с тобой согласен. Ничего, что я на ты?

– Да, пожалуйста, – не стал чиниться я. – Всё же я младше, так что на отчество не претендую.

– Да я тоже не старый, – рассмеялся Милорадович. – Так что меня можно тоже на ты. Давай как-нибудь встретимся в неформальной обстановке. Давно мечтаю узнать, чьё кунг-фу лучше.

– Договорились. Мне тоже интересно померяться силами со знаменитыми Милорадовичами.

– Да что вы себе позволяете?! – вновь ожил папуас Алебарда. – Да я вас по судам затаскаю!!! Вас всех уволят!!! Да вы…

– Крутой гагста, это факт, – Алёна презрительно скривилась. – Вить, пойдём. До свидания.

– И вам хорошего… – начала было Любомир, но в эту секунду у нас с ним завопили смартфоны.

Неотключаемый звонок на служебных гаджетах был установлен только на глобальные оповещения. А это всегда означало крупные неприятности. Очень крупные, если судить по оранжевому экрану с большой цифрой «3» посредине. Третий оранжевый ранг угрозы, опасность для целого города. Это означало, что мы в полной заднице, но… я прислушался и заметил, что то же самое делает Милорадович. Да, сирены оповещения гражданской обороны молчали.