Метро 2035: Питер. Специальное издание

Это ж что получается, они уже и звания ввели? Мы тут сидим-то всего четыре дня. – Давайте, что ли, потише, мальчики, – произнес Иван нарочито томным голосом. Полковник вздрогнул. – Ну… как бы… э-э-э… спать пора.

Дальше Ивану стало лень ломать комедию, поэтому он замолчал. Пойти действительно поспать, что ли? Штурм все равно отложили.

– Что вы несете, диггер?!

Иван поднял брови.

– Ну не орать же мне, как какому-то дебилу? – сказал он вежливо. – Верно? Гладыш, – повернулся Иван к пожилому диггеру, – у нас гранаты остались?

Хлопец Помидор поперхнулся.

Гладышев лениво поднял руку и почесал небритую морду. Жесткий металлический скрежет щетины.

– Да вроде…

– Не слышу, – сказал Иван.

– Есть, говорю… – Гладыш повернул голову и натолкнулся на Иванов взгляд. Подскочил как ужаленный, выпрямился до хруста, руки по швам, глаза стеклянные. Заорал – слюни аж до другого конца комнаты долетели.

– Так точно! Замочу любую тварь за милую душу! – И смотрел при этом на хлопца.

– Другой разговор, – согласился Иван.

– Вас просят к генералу, – вежливо сказал юный полковник. А в глазах белым огнем плавилось бессильное бешенство. – Товарищ диггер, прошу следовать за мной.

Иван улыбнулся. Бодро поднялся:

– Слово генерала для меня – закон, полковник. Ведите.

* * *

– Позиционные бои… – начал Орлов.

Иван не выдержал.

– Какие к черту бои?! – сказал он резко.

Мемов спокойно смотрел на командира диггеров.

– Что вы предлагаете, Иван Данилыч?

По имени-отчеству, блин. Иван оглядел присутствующих – невские кто дремлет, кто равнодушен, кто в носу ковыряет. Адмиральцы не лучше. Лица – прикладом бы, да нельзя.

– Штурм, – сказал Иван.

Сработало. Зашевелились, как крысиное гнездо, куда бросили «зажигалку».

Мемов поднял брови.

– Понятно… спасибо, сержант. Вы, – обратился он к Иванову соседу, с «Невского». – Ваше предложение?..

Тот испуганно поднялся, забормотал. Генерал спокойно выждал, когда невский запутается в собственных словах, затем обратился к следующему.

Иван слушал. Большинство присутствующих высказывалось за продолжение медленной войны. На истощение, угу. Первая бесславная попытка многих напугала.