Метро 2035: Питер. Битва близнецов

– Я бы могла влюбиться в тебя, – сказала Светлана.

«Вот черт», – подумал Убер.

– Это было бы… неосторожно. – Он вдруг с удивлением понял, что с заминкой подбирает слова. Алкоголь сделал с ним то, чего безуспешно добивались многие и многие, били, пытали, угрожали, резали и стреляли… Он сделал так, что Убер заткнулся. Скинхед выпрямился. Странное сегодня было опьянение.

– Убер?

Убер покачнулся на стуле. Приятно все-таки просто поболтать. Без обязательств. «Сейчас я встану и пойду, – подумал он, но остался сидеть.

– Убер, слышишь? – Голос Светланы. Он вскинул голову:

– Да? Что? – повернулся к ней.

– Ты знаешь, что Ада больше нет? – сказала Светлана. – А, мой лысый татуированный рыцарь?

Убер почесал затылок. Поворот сюжета ему… не понравился. Хотя тема, в принципе, интересная.

– Как нет? Почему? – Он постарался сосредоточиться.

– Это правда. Ад официально отменили перед самой войной. А потом упали атомные бомбы.

– В смысле? – Убер не понял. – Ты сейчас серьезно?

– Совершенно серьезно.

– Ада нет?

Светлана кивнула.

– Да. И уже давно.

Убер все не мог уложить этот факт в своей бритой голове. Он встал, расправил плечи. Хотелось драться и совершать подвиги. Но больше всего – что-то сказать умное. Правда, он пока не знал, что. «А уж не напился ли я», – мелькнула на мгновение слегка тревожная мысль. Но Убер ее отогнал. Ему нравилось ощущение потока, легкости. Поэтому он сел обратно и взял стакан.

– Нет, серьезно, – сказал он. – Ада – нет?

– Нет.

Он серьезно обдумал эту мысль.

– И что вместо него?

Светлана помедлила, затем понизила голос:

– Чистилище.

У нее был красивый низковатый голос. С призывными нотками.

– Правда? И кто так решил? – Убер засмеялся.

– Так решила русская православная церковь.

«Вот это поворот. Только религиозного психоза мне и не хватало».

Даже для пьяного это было… слишком.

Убер встал.

– Ух. Ох, простите, любезная.

Светлана ткнула ногтем ему под ребро – словно ножом. Убер не моргнул и глазом. Светлана подождала, глядя ему в лицо, затем разочарованно убрала руку. Под ребром у скинхеда ныло и пылало. Убер ждал. Он вдруг почувствовал себя недобрым и недружелюбным. Как дикое животное, скинхед среди ручных хомячков. Светлана смотрела на него, глаза светились гневом. И желанием.

Она придвинулась ближе.