Письма той, что ждет

Путешествовать мне понравилось, мы ночевали под открытым небом, присоединялись к разным караванам, тряслись в телегах и шли пешком. Я раньше не замечала, как может быть приятна мягкая кровать и тёплая вода, а то, какой вкусной может быть еда в тавернах, стало целым открытием. Каждый день был словно чудо, полный новых открытий.

И вот, до города оставалось всего два дня пешком. Мы остановились недалеко от реки Сиита вместе с караваном, идущим в Доуэл через Тиас. К нему наша скромная компания присоединилась в таверне день назад.

Поговаривали, что в этих местах могут попасться лихие люди и нелюди, и их следует избегать, или ходить там большой группой.

Вот только нам это не помогло. Ночью на наш лагерь напали. Дядя Риол ещё два часа назад рассказывающий мне о том, как отличить хорошую ткань от подделки, падал на землю, утыканный десятками стрел, точно ёж. Стражники и наёмники бросились на защиту простых людей, примкнувших к каравану на время пути. Однако враг окружил нас и начал отстреливать по одному то с одной стороны, то с другой.

Бабуля спрятала меня под телегу, укрыв шкурой какого-то зверя.

Больше я ничего не видела. Только слышала. Топот ног, крики воинов, бросающихся в бой. Крики женщин, плач детей, хрипы, оглушительно громкий смех. Не помню, когда, наконец, всё стихло. За пределами моего укрытия было тихо, холодно, темно и пахло металлом, смешанным с кислым запахом браги.

Я шла по разорённому лагерю, по скользкой траве, периодически обо что-то спотыкаясь. Уже покидая пределы лагеря, упала, зацепившись за что-то.

В темноте на меня уткнулись безжизненные глаза, которые ещё днём светились любовью и заботой. Бабушка… Я протянула руки и поняла, что от неё осталась только голова с растрёпанными, влажными волосами.… Наверное, с криком из меня вырвались последние капли рассудка.

Я шла вперёд, подальше от того места, глаза высохли от слёз, руки устали, но ноги упорно продолжали двигаться. Всё как в тумане, в голове была только одна мысль: «надо уйти как можно дальше».

Мне казалось, что рядом кто-то есть, но мне не было страшно, не это волновало меня.

Когда ночь второй раз сменила день, я уткнулась во что-то и остановилась. Подняв глаза на преграду, увидела мужчину с чёрными волосами, свисающими почти до пояса. За ним высилась странная серая громадина. В этот момент на меня накатила усталость за последние несколько дней. Воспоминания ударили под дых так, что я, качнувшись, упала, так и не выпустив из рук свою ношу.