Запретная женщина

Она останется без работы, без крыши над головой и без денег, в которых нуждалась сильнее, чем когда-либо. Джеку было не важно, кто займет место его секретарши, а для Эшли эта вакансия могла стать ответом на вопрос жизни и смерти. Инстинкт подсказывал ей, что нужно отстаивать свою кандидатуру, но постараться не показать Джеку, что ею движет отчаяние.

– Не вижу ничего странного в работающих девушках моего возраста. Человек, достаточно взрослый для голосования на выборах правительства своей страны, наверняка уже дорос и до того, чтобы самому зарабатывать себе на жизнь.

Джек подумал, что улыбка, сопроводившая эти слова, совершенно изменила лицо Эшли и еще – что она, вероятнее всего, улыбается нечасто.

– И как давно вы начали работать?

– С шестнадцати.

– Кем?

– В основном – секретаршей, хотя я быстро учусь и могу выполнять более сложные обязанности. Перед тем как приехать сюда, я работала в частной школе-интернате, а до этого в отеле.

– Вы всегда выбираете вакансии с проживанием?

– Да.

Она старалась не думать о том, что сначала ей придется расплатиться с долгами, которые висели над ее головой, как мешок кирпичей.

– Стало быть, учеба в университете вас не прельщает?

Эшли вздохнула, в который раз удивляясь склонности людей спешить с выводами. Она бы очень хотела поступить в университет, но желания и возможности – это не одно и то же. Детство, проведенное в переездах с места на место и на уроках в самых плохих школах страны, не позволило ей достичь уровня знаний, необходимого для получения стипендии в колледже.

– С университетом не вышло, – сказала она тихо.

Джек чувствовал, что тема девушке неприятна, но что-то заставило его задать еще один вопрос:

– Родители оказались недостаточно настойчивы?

– У меня нет родителей.

– Я так и думал, – мягко подытожил Джек.

Эшли посмотрела на него в недоумении.

– Почему? – Ее губы задрожали.

– Потому что вы показались мне удивительно самодостаточной. – Джек на секунду задумался о том, какой невинной выглядит Эшли. – Как человек, который давно полагается только на себя.

– Вы очень проницательны, – пробормотала девушка едва слышно.

– Писателям положено быть проницательными. – В голосе мужчины послышалась ирония.