Желанная провокация

Оно терзало и мучило его, как лихорадка, так что ему пришлось изрядно потрудиться, чтобы сосредоточиться на игре в поло. Это занятие всегда поглощало его целиком, к тому же оно было прекрасным трамплином для того, чтобы выбраться из нищеты, в которой он родился.

Эмили не была похожа на девушек – поклонниц игроков в поло. Она пробудила его чувства, и он хотел покупать ей цветы, любоваться ее волосами при лунном свете, говорить ей комплименты. Он думал, что то же самое было и с ней, что она отвечала ему взаимностью те долгие месяцы тайных поцелуев и объятий, прежде чем он наконец занялся с ней любовью.

Он почувствовал напряжение в паху. Эмили Грин была молода и невинна, поэтому он продемонстрировал нехарактерную для себя сдержанность. Он чуть не умер, едва дотянув до ее восемнадцатилетия. Никогда еще его сексуальное возбуждение не было таким сладко-мучительным, поэтому когда он впервые овладел ею, то кончил почти так же быстро, как и она.

– Это была, как ты сказала, нелицеприятная откровенность, – признал Алех, его сдержанный тон противоречил беспокойным мыслям.

Она склонила голову набок, и ее густая светлая коса упала вперед и соблазнительно легла на упругую выпуклость груди.

– Какой лжи?

Какой мужчина захочет перечислять предполагаемые прегрешения?

– Почему бы тебе просто не прочесть книгу? – Последовала пауза. – А я распоряжусь, чтобы о Джойе позаботились.

– Это очень щедрое предложение, – неуверенно произнесла Эмили.

– Оно вызвано не только моей любовью к лошадям.

– Нет?

Алех покачал головой и слегка улыбнулся:

– Конечно нет. Я рассчитываю получить награду за свою благосклонность.

За этой улыбкой скрывалась несомненная угроза, и, когда Эмили посмотрела ему в глаза, почувствовала, как по ее коже пробежал холодок. Если бы она не была в таком беспомощном положении из-за Джойи, ей не пришлось бы задавать этот вопрос, но реальность такова, что она вынуждена была спросить:

– Какую «награду» ты имел в виду?

Медленная улыбка, которой он одарил ее, была окрашена чувственным обещанием, но последовавшие за этим слова были последним, что Эмили ожидала услышать.

– Ты ведь занимаешься связями с общественностью, не так ли? Я собрал о тебе кое-какую информацию. Как насчет того, чтобы поработать на меня?

– А сейчас на тебя никто не работает?

– Никогда не видел в этом необходимости, – пожал он плечами. – Но если ты сумеешь отполировать мой потускневший образ, то я подумаю над этим.