В ожидании чуда

– Не бойся, моя ящерка, – протянул он, – со мной тебе ничего не угрожает.

Элени кинула быстрый взгляд на лицо Калика. Он выглядел задумчивым. Должно быть, размышлял, что делать с Набатом, а возможно, и с ней. И в Элени вдруг проснулось чувство, которое, как она думала, умерло много лет назад.

Надежда.

Она вся напряглась. Что-то подсказывало ей не подавать голос и молча ждать решения Калика.

– Ты заботилась об этом коне, – наконец медленно начал Калик.

– Да, ваше высочество.

– Он тебя знает и слушается.

– Да, ваше высочество.

– А как ты думаешь, изменится ли его поведение, когда тебя не будет рядом?

– Ему это не понравится, ваше высочество.

– Думаешь, он начнет отказываться от корма? – прищурился Калик.

– Вполне возможно, – призналась Элени и добавила, спохватившись: – ваше высочество.

– Как влюбленный дурак, – чуть ли не фыркнул Калик.

Элени закрыла было глаза, но тут же вспомнила, что Калик велел смотреть ему в лицо.

– Не могу этого знать, ваше высочество.

– Может, даже зачахнет без своей маленькой ящерки… – Эта мысль его как будто даже позабавила.

Элени снова покоробило от того, как Калик назвал ее. Однако она лишь ответила:

– Не думаю, ваше высочество. Хотя любовь – чувство сильное, но любовь к жизни сильнее любви. – Непонятно почему лицо Калика приобрело замкнутое выражение, и Элени поспешила продолжить, пока она его окончательно не разгневала: – Набат не умрет, но он будет скучать по мне.

Калик медленно кивнул, в этот раз как будто соглашаясь со словами Элени.

– Ну и что ты предлагаешь, чтобы этого не произошло с моим конем?

Оказывается, страх может придавать сил!

– Я предлагаю вам взять меня личным конюхом Набата, ваше высочество, – смело сказала Элени.

Это было бы смешно, если бы не звучало так абсурдно.

– Нахальную девчонку? А что скажет твоя мать?

Молчание. Ресницы Элени дрогнули. Она с сосредоточенным видом уставилась в пол, словно там было что-то в высшей степени интересное.

– У меня нет матери, ваше высочество. Теперь уже настала очередь Калику замереть.