Растопить ледяное сердце

В окно вагона хлестали струи дождя, усугубляя мрачное настроение.

Откинувшись на спинку сиденья, Джессика думала о том, что неосмотрительно отказалась от работы, обеспечивающей ее благополучие, но, без сомнения, еще хуже оказаться в полной зависимости от Лукаса. Любовь к нему сменилась чувством злости и отчаяния, но только не равнодушия. Нельзя игнорировать опасный прилив охватившего ее вожделения при одном только взгляде на него. Что же удивительного, если после Лукаса у нее никого не было – ни одного любовника за все восемь лет! Он был ее первым и единственным мужчиной.

Невероятно? Несовременно? Он обвинил ее в том, что она не двигалась вперед. Лукас не знал и половины ее проблем.

Ни один человек не мог заменить ей Лукаса, думала Джессика, выходя из поезда на мокрую платформу. Она честно старалась откликнуться на ухаживания других мужчин, но каждый раз оставалась холодной и равнодушной. Только Лукас пробуждал в ней огонь жизни.

Дорога до дома на такси заняла около часа.

Маленький домик с окнами на Атлантику обычно вызывал чувство безопасного убежища, но сегодня Джессика была далека от спокойствия. Ледяные струи дождя, как иглы, кололи лицо, а грозный шум океана не умиротворял, а только усиливал тревогу, тоску одиночества и тяжелые предчувствия.

Дом был пуст и оглушал тишиной в отсутствие шумной, подвижной сестры. Джессика очень скучала по Ханне. Кто бы мог подумать? Она сама бы не поверила, ведь в доме было столько горя, когда отец Джессики ушел от ее матери к давнишней любовнице, уже беременной его дочерью Ханной.

Джессику болезненно травмировал развод родителей, а новость, что у нее будет мачеха и новорожденная сводная сестра, вызывала ревность и обиду. Тем не менее она пережила «внедрение» в новую семью, тем более что ее родная мать вскоре умерла. В деревне говорили, что сердце женщины было разбито и она не пережила ухода любимого человека. Джессика пыталась подружиться с мачехой и поправить отношения с упрямым отцом.

Все кончилось в один день, когда оба они погибли под снежной лавиной.

После этого Джессике оставалось либо утонуть, либо плыть. Ей только исполнилось восемнадцать, а Ханне было десять, когда в дверь постучал полицейский с ужасной новостью. Власти хотели забрать девочку в приют, но Джессика отстояла сестру. Худшее случилось, когда она обнаружила, что отец жил двойной жизнью – тратил деньги в счет ее будущих заработков, которых уже не могло быть.