Доверься ловушке

Держу пари, при твоей эльфийской нежности одной только вони и дня не выдержишь. Как ни крути, Сребровласый, выбор у тебя небольшой: если согласишься, сможешь иногда выходить из дома повидаться с друзьями, а если нет, я наконец выберусь из этого гламурного города и увезу тебя в Равагог… а ты, мисс Ф., радоваться-то не торопись, пока не узнала, чего это тебе будет стоить. Ты же понимаешь, что такой эпичный выигрыш я по мелочам разменивать не стану?

– Так чего ты хочешь? – спросила Софи, перебирая в уме список вероятных требований.

Но принцесса неожиданно уселась на кушетку и, похлопывая по лежащей рядом подушке, позвала:

– Ну-ка расскажи тётушке Ро, почему тебя чуть не стошнило, когда я спросила, чем ты была так занята в последнее время.

– Серьёзно? – в один голос воскликнули Софи и Киф.

– С чего это вдруг? – добавил Сандор.

Ро пожала плечами.

– Вот такая я любопытная. Обожаю совать нос в чужие дела. С этими эльфами больше и развлечься-то нечем, а тут, чую, кроется что-то серьёзное, глядишь, всё здорово переменится.

– Ничего подобного, – заверила Софи.

– Ну тогда для тебя это просто сделка века. Кстати, если соврёшь, Сребровласый тебя наверняка раскусит.

– Запросто, – подтвердил Киф.

– Ты понимаешь, что на кону твоя свобода? – напомнила ему Софи.

– Угу! Ну раз уж помешать ей не смогу, пускай и тебе заодно достанется.

Сандор наклонился ближе и шепнул Софи на ухо:

– Ну признайтесь, ведь захотелось его Незримым сдать?

Где-то в глубине души такое желание мелькнуло.

Но, как ни противно, разумом она понимала, что такое решение гораздо лучше любого обещания, выбитого из Кифа после нескончаемых препирательств.

Да и тайну эту невозможно скрывать вечно.

– Ну как, по рукам? – спросила Ро.

– Ты клянёшься, что не подпустишь его к Незримым? – уточнила Софи. – В смысле, понимаешь, как это трудно?

– Да, я в курсе, какой он упрямый и что часто мнит себя хитрее всех. Ничего, он у меня по струнке ходить будет, ведь знает же, что я могу устроить, если не сдержит обещание… взнуздаю как следует, если придётся.

Она снова похлопала по кушетке.

Софи прикрыла глаза, чтобы лишний раз напомнить себе, что эта жертва приносится ради безопасности Кифа. Потом медленно, через силу, добрела до кушетки и села на подушку.

– Не понимаю, и чего ты так прицепилась.

– Я и сама не знаю, – призналась Ро.