Вниз, сквозь ветки и кости

(Идея сказать правду была просто неприемлема. Это было равносильно признанию своих ошибок, но Уолкотты не ошибались.)

Луиза рассказывала Жаклин и Джиллиан сказки, говорила им, какие они умные, сильные, чудесные. Она говорила им хорошенько высыпаться, вытирать слезы, а когда они немного подросли, она говорила им кушать овощи и прибираться в своей комнате, и всегда, всегда она говорила им, что она их любит. Она говорила им, что они идеальны сами по себе, как они есть, и что они не должны становиться другими в угоду кому-либо.

Она говорила им, что они изменят мир.

Честер и Серена постепенно научились различать собственных дочерей.

Жаклин, которая родилась первой, похоже, исчерпала этим весь запас храбрости; из двух близняшек она была более нежной, робкой и всегда пропускала свою сестру вперед. Она первая научилась бояться темноты и стала требовать оставлять ночник включенным.

Ее последнюю отучили от бутылочки, но она продолжала сосать большой палец еще долгое время после того, как Джиллиан бросила это занятие.

Джиллиан, с другой стороны, будто родилась с недостатком здравомыслия. Она всем телом с этузиазмом набрасывалась на каждую попавшуюся опасность, от лестниц до камина и двери в хозяйственные помещения. Она, как некоторые дети-торопыжки, пошла сразу, минуя предупреждающие стадии вроде ползания, и Луиза половину дня провела, гоняясь за ней по всему дому, закрывая острые углы защитой от детей, а Жаклин в это время спокойно лежала на солнышке, не обращая внимания на опасности, подстерегавшие ее сестру.

(Серена и Честер, придя домой – теперь они уходили по делам ежедневно, – были возмущены, обнаружив на своей элегантной, тщательно подобранной мебели какие-то мягкие нашлепки. И только вопрос Луизы, сколько глаз они хотели бы видеть на лицах своих дочерей, сумел убедить их оставить защиту на мебели, по крайней мере на какое-то время.)

К несчастью, за умением их различать пришло желание назначить каждой свою роль. Однояйцевые близнецы вызывали тревогу у большей части населения: пока они были маленькие, было забавно наряжать их одинаково и относиться как к одному существу, не делая разницы между ними, но по мере того, как близняшки росли, они начали нервировать людей.

Похожие как две капли воды, особенно девочки – на них смотрели как на чужеродные объекты, как на что-то неправильное.

Виновата фантастика, виноваты Джон Уиндем, Стивен Кинг и Айра Левин. Но дела это не меняло: нужно было сделать дочерей непохожими друг на друга.