Освобожденные

Мэгги наконец взглянула в мою сторону и криво улыбнулась. Потом закатила глаза и вновь посмотрела на друзей. Значит, все-таки подслушивает. Буду знать.

Управившись с завтраком, Бекки сделала именно то, чего я от нее ждал: попросила позвонить родителям.

– Бекки, – медленно начала Мэгги, – ты не должна им пока звонить. Мы… – Она покачала головой. – Мне жаль, но все не так просто.

– Что «не так просто»? – поинтересовалась Бекки, свирепо на нее уставившись. – Почему же я не могу позвонить собственным родителям? Конечно, могу.

Да что с тобой такое, Мэгз?

Она потянулась к телефону. Мэгги – к ее руке. И тут все пошло наперекосяк… Мэгги явилось видение, и оно замелькало у всех нас – у Мэгги, меня и Бекки – перед глазами.

Темная улица. В кустах кто-то прячется. Я сразу понял, что это Маркус, но почувствовал замешательство Мэгги, потому что лица видно не было. Она не хотела в это верить. Она думала, что мы ошибались и что Маркус навсегда исчез из наших жизней – но это было не так.

Он встает полубоком, заметив, что по дороге мчится машина, нагибается и, как только она проезжает мимо, выскальзывает из кустов.

Неподалеку стоит другая машина. Маркус обходит ее сзади. Опускается на асфальт, опершись на обтянутые перчатками ладони, переворачивается на спину. Потом вытаскивает из кармана складной нож, раскрывает его и, улыбаясь, как самый настоящий ублюдок, прокалывает топливопровод.

Маркус не перерезал его, нет. Он хотел, чтобы бензин вытек медленно и чтобы они узнали об этом не сразу.

Обернувшись, он смотрит, как над улицей занимается рассвет.

Скоро Бекки и Ральф отправятся в путь. В его мыслях слышится решительность: он хочет погубить наши жизни, и это только начало.

Он собирался начать с Бекки, потом перейти к Вику, убивая наших друзей одного за другим и зная, что винить в этом мы будем себя. Затем он хотел взяться за Биша и Джен, потом за Джима… Я видел в мыслях у Маркуса пистолет: он представлял, как застигнет его врасплох. То было видение… видение Мэгги… Я с другого конца комнаты услышал, как Мэгги охнула.

Маркус низко надвигает капюшон на лицо и как ни в чем не бывало, присвистывая, идет вниз по улице. Словно он только что не попытался отнять жизнь у подруги Мэгги. Точно он не собирался погубить жизнь моей девочки.

Я вскипел. Прижал руки к бокам и еле удержался, чтобы не пойти и не достать этого эгоистичного…

Видение рассеялось, и Мэгги задрожала. Я оторвался от стены, осторожно взял любимую за руки и коснулся губами ее лица.