Боги и чудовища

Я схватил ее за плечи, борясь с желанием встряхнуть ее, обнять, накричать на нее. В ушах стучала кровь. – Какого черта ты здесь делаешь?

Селия отстранилась, сморщив носик, а я опустил руки и отшатнулся.

– Прости. Я не хотел…

– Мне не больно.

Она скользнула глазами – широко распахнутыми, тревожными – по моей рубашке.

Только сейчас я увидел на ней темную жидкость. Металлическую. Вязкую. Ткань прилипла к коже. Я нахмурился.

– Просто ты… ты весь в крови.

Сбитый с толку, я слегка развернулся, задрал рубашку и посмотрел на ребра.

– Рид! – воскликнул Бо.

Я замер, услышав его голос. Медленно я проследил, куда он указывал – туда, где на снегу лежала святая Магдалена.

Куда лились ее кровавые слезы.

La Petite Larme

Рид

Мы тихо и тревожно перебросились словами – словно статуя могла нас услышать – и снова укрылись в церкви.

– Это все та чертова псина виновата, – сказал Бо, плюхаясь на скамью рядом с Коко.

У кафедры вдруг возникла Лу. При свечах было видно только половину ее лица, другая была скрыта в тени. Холодок пробежал у меня по спине, когда я увидел этот хтонический образ, словно ее рассекло пополам. Наполовину Лу и наполовину… нечто другое. Нечто темное.

Лу нахмурилась, переводя взгляд с меня на Селию и обратно.

– Это еще что?

– Это, – ответил я грубее, чем хотел, и мрачно повернулся к Селии, – ничего. Утром она отправится домой.

Селия вздернула подбородок и крепче сжала ремешок кожаной сумки.

– Ни за что.

– Селия. – Я раздраженно подвел ее к скамье, на которой сидела Лу. Лу даже не поприветствовала ее. Странно. Я думал, что после случившегося на Маскараде Черепов они стали ближе. – Ты же видела, как здесь опасно. Все в королевстве желают нам смерти.

– Лично я не желаю нам смерти. – Бо скрестил ноги и обнял Коко за плечи. Он перевел взгляд на Селию, и та покраснела. – Кстати, спасибо, что предупредили нас тогда, мадемуазель Трамбле.

– Статуя? – спросила Лу.

– Статуя на кладбище… упала, – пробормотал я. О слезах я говорить не стал.

Не обращая внимания на меня и Лу, все еще смущенная из-за пристального взгляда Бо Селия присела в глубоком реверансе.

– В-ваше высочество. Не только они позабыли о хороших манерах. Прошу простить меня.