Энрикетта в другой жизни

      Полюбить! Кого? И это не потому, что я не знакома с любовью, это не потому опять же, что нет достойных… не потому, что мир этот проклят… напротив, он очень идеален и логичен, лишь я не идеальна, поэтому мои желания и не осуществляются… О! Безумие! Меня загнали в угол, зажали, погнали на компромисс… и если после этого еще можно жить с надеждой на что-то, то только на бессмертие.

Valensia.      А ты однако хочешь летать под солнцем, и победа–давно твоя, если бы желание это запирали другие, а не ты сама.

Charlotte.      Что? Ты слышишь? Страх стучит в дверь! Это порок или проблема. Это причина или следствие. Это ожидание или рухнувший план.

Valensia.      Ты покинула свою родину, и придет день—Англию ты тоже покинешь. Неправда, что нет надежды в тебе, а если нет—то тогда присутствует инстинкт—ты бессознательно (или упрямо молчаливо) ищешь… что?

Charlotte.      Я ищу то, чего не хватает мне.

Valensia.      Но что это?

Charlotte.      Я не вижу истины… Он мешает мне!

Valensia.

      Он?

Charlotte.      Тот—кто поселился—в моей ночи—

Фрагмент 2. Об объектах

Charlotte.      C тех пор, как я начала бунтовать, все стало плохо. Он—

часть меня, вросшее инородное тело. И если мне удалось еще бунтовать против себя же самой—сила ли это или круг наказаний? Я полагаю, это Дьявол.

Valensia.      Но где же бог, Шарлотта?

Charlotte.      Бог в противоречии! Бог в противоборстве. Бог в том сосуде, который ты назвала храмом моего сердца.

Valensia.      Как же они могут ужиться?

Charlotte.      На то и человек! На то и мученик! И зло на благо, и благо во зло, и прекрасные глаза с пустой душой, и золотое сердце со светобоязнью; непостоянство, непредсказуемость, порывы, натиски чувств, гирлянды эмоций, тучи мыслей, спектры настроений—откуда? Если не течение двух океанов, прохождение двух жизней—то что?! Но послушай… Я думала, он мой бог! И если не часть всевидящего ока, если не дань христианской культуры, если не дуновение с распятий, не ангел-хранитель, не всемирная ведущая рука—то хоть микрокосмическое божество.

Мы были так верны друг другу, он обещал мне не расти, он обещал быть спокойным, он любил меня так безумно, как не мог бы полюбить ни один земной человек. Я постоянно ощущала его рядом с собой, он смотрел на меня из зеркала, он был лучше всех на свете в те безоблачные дни. У меня не было друга—такого, как он.