Желтые обои, Женландия и другие истории

По мере нашего продвижения нам приносили все больше и больше книг…

Если бы не Терри, мы вполне довольствовались бы своим положением, но по мере того, как недели складывались в месяцы, он все больше раздражался.

– Не реви ты, как медведь-шатун! – однажды взмолился я. – Все идет прекрасно. С каждым днем мы понимаем их все больше, и очень скоро сможем мотивированно попросить, чтобы нам разрешили уехать…

– Разрешили уехать! – взорвался он. – Разрешили, как оставленным после уроков школьникам. Я хочу выбраться отсюда и выберусь.

– Похоже, девушки интересуют тебя больше всего, – заметил Джефф. – И чем ты будешь сражаться, кулаками?

– Да! Палками, камнями… Просто сражаться! – Терри принял стойку и легонько ударил Джеффа в челюсть. – Вот так, например, – продемонстрировал он. – В любом случае, – продолжал он, – мы могли бы добраться до биплана и исчезнуть отсюда.

– Если он еще там, – осторожно заметил я.

– Ой, не каркай, Ван! Если его там нет, мы уж как-нибудь сможем спуститься вниз… Думаю, катер все-таки на месте…

Спорить с Терри было трудно, настолько, что он наконец уговорил нас разработать план побега.

Оказалось, что он довольно внимательно изучил окрестности. Глядя из дальнего окна, выходящего на возвышенность, мы весьма точно смогли определить протяженность стены и ее высоту.

– Загвоздка в трех вещах, – сказал Терри. – Веревки, проворство и скрытность.

– Это самое трудное, – согласился я, все еще надеясь отговорить его. – На нас всегда, кроме ночного времени, смотрит минимум пара глаз.

– Поэтому надо проделать все ночью, – ответил он. – Так легче.

– Не надо забывать, что если они нас поймают, то потом с нами могут обойтись не так великодушно.

– Это оправданный риск, на который нужно пойти. Я сбегу, пусть даже шею сломаю.

Отговаривать Терри было бесполезно.

С веревками оказалось непросто. Нужно было что-то достаточно прочное, чтобы выдержать вес человека, и достаточно длинное, чтобы спуститься в сад, а потом со стены. В спортивном зале висело много прочных канатов – здешние жительницы, похоже, обожали раскачиваться и лазать по ним, – но в зале мы никогда не оставались одни.