Желтые обои, Женландия и другие истории

Это было чувство безнадежной вины, которое часто охватывало меня на пороге отрочества, когда никакие усилия слабых ног не могли исправить того факта, что я опоздал в школу.

Джефф переживал нечто подобное – это читалось у него на лице. Мы чувствовали себя мальчишками, пойманными за шалостями в доме богатой дамы. Но Терри занимали совсем другие мысли. Я заметил, как его глаза шныряют из стороны в сторону, оценивая количество, расстояния и прикидывая шансы на побег. Он внимательно осмотрел сомкнутые вокруг нас ряды, далеко тянувшиеся во все стороны, и тихонько пробормотал мне на ухо:

– Им всем за сорок, чтоб мне провалиться.

И все же перед нами были нестарые женщины. Каждая из них могла похвастаться отменным здоровьем, они стояли прямо, спокойно и уверенно, чуть расставив ноги, как боксеры. Оружия у них не было, а вот у нас было, но стрелять совсем не хотелось.

– Это как по теткам моим палить, – снова пробормотал Терри. – А что же им все-таки от нас нужно? Похоже, настроены они серьезно.

Однако несмотря на всю серьезность ситуации, он решил прибегнуть к своей любимой тактике. Терри был теоретически подкован.

Он шагнул вперед, улыбнулся широкой обворожительной улыбкой и отвесил низкий поклон стоящим перед нами женщинам. Затем он вытащил очередное подношение, широкий мягкий шарф-паутинку, богато раскрашенный и с узором, прелестную вещицу даже на мой вкус, и с глубоким поклоном протянул ее высокой неулыбчивой женщине, которая, похоже, была там главной.

Он произнес короткую речь, в которой представил нас с Джеффом как партнеров в своем предприятии, и с глубоким поклоном протянул подарок.

Его подношение снова приняли и, как и раньше, убрали с глаз долой.

– Были бы они чуть помоложе, – пробормотал сквозь зубы Терри.

Во всех наших спорах и размышлениях мы всегда подсознательно полагали, что женщины при всех прочих условиях должны быть молодыми. Большинство мужчин, как мне кажется, так и думают.

Теоретически «женщина» молода и, как мы уверены, красива. С возрастом они сходят со сцены и в большинстве случаев переходят в «частное пользование» или же вовсе «исчезают из оборота».