Похоть

Их обольщение сулит самое сладостное, самое пьянящее возбуждение, которое суждено когда-либо испытать. Даже при том, что разум может ненавидеть их, тело…

Она задрожала, но сумела взять себя в руки и продолжила:

– …тело страстно желает их, жаждет их. У этих женщин вряд ли будет хоть малейший шанс защититься, если они станут жертвами очарования темных мужчин-фей.

Занимательное и весьма поучительное короткое наставление. Неужели мать забыла, что и сам Кром отчасти – темный мужчина-фея? Его отец был королем этих порочных сил.

И хотя Кром был похож на свою золотисто-светлую благую мать, некоторые черты его характера, несомненно, целиком и полностью достались ему от неблагих.

– Мама, тебе совершенно не о чем волноваться. Я принял меры, чтобы защитить добродетели.

Королева опустилась на бархатное кресло. Она выглядела изнуренной и старой, чуть ли не на свой солидный возраст – двести пятьдесят лет.

– Расскажи мне, что ты предпринял.

– Они находятся совсем рядом, под рукой, их охраняет несколько моих людей, которые изображают из себя лакеев.

Лицо матери прояснилось.

– Они в Лондоне?

Кром улыбнулся:

– Совершенно верно. Я блокировал городской дом Леннокса. Никто, кроме смертных, не сможет проникнуть на территорию имения – по крайней мере до тех пор, пока мы не решили, что нужно сделать с моим братом и его бандой проклятых принцев.

– Я должна поговорить с Ленноксом, – требовательным тоном произнесла мать.

– В четыре утра, – сообщил Кром. – Все уже устроено.

Он встретится с тобой у ворот Ричмонд-парка. Мне показалось, так будет лучше для тебя, ведь с некоторых пор парк вошел в состав твоего королевства. На своей надежно защищенной земле ты будешь в полной безопасности, если темным феям вдруг вздумается сопровождать Леннокса.

Улыбка, игравшая на губах матери, стала еще шире, заставив ее лицо озариться красотой.

– Ты – самый лучший мой помощник, не так ли?

Кром почтительно наклонил голову.

– Ты была для меня всем – и матерью, и отцом.

Разумеется, я всегда буду рядом и последую по твоим стопам.

– И чего же ты хочешь, Кром? Я чувствую, что этот интерес к добродетелям объясняется не просто желанием видеть любимую мамочку счастливой и сохранить проклятие, наложенное на твоего брата-ублюдка, в силе.

Ага, вот они и подошли к самой сути дела! Крому следовало вести себя осторожно, ведь с невероятной красотой его матери могла сравниться по силе только ее проницательность.