Похоть

– Ваша светлость, вам не удастся меня одурачить. Я уже начинаю терять терпение. Вы возьмете своих дочерей и покинете Гластонбери. Сегодня.

– Мы никуда не уедем во время бала, – повторил герцог, – и я не допущу, чтобы моя семья тряслась по дорогам в кромешной ночной тьме. Жулики выходят на охоту, как раз когда в темном небе появляется луна. Это настоящие варвары, сэр. Разбойники, с которыми я не имею ни малейшего желания встречаться по пути. Только представьте, что сделают эти ублюдки, когда найдут в карете моих дочерей и жену!

– Вы готовы рискнуть моим самообладанием и моей значительной властью из-за жалкого придорожного грабителя?

Уловив угрожающие нотки в тоне гостя, Леннокс рассвирепел:

– По-вашему, ничего не будет! Только не сегодня.

– Я обладаю могучими силами, и отправить вас в Лондон до бала не станет для меня серьезной проблемой.

– И что, по-вашему, я скажу своей жене?

– Объясните ей это так, как сочтете нужным. Мне все равно. Просто увезите девочек отсюда. Те, другие, уже обнаружили близкое присутствие ваших дочерей.

– Другие, вы говорите? – уточнил герцог, снова поднимая взгляд на нависавшего над его столом окутанного золотистым свечением представителя сказочного королевства.

– Темные феи.

Леннокс почувствовал, как кровь отхлынула от лица – уже второй раз за считаные минуты. Боже праведный, что же он наделал?

– Просто упакуйте свои вещи и предоставьте остальное мне.

– Подождите! – вскричал герцог, когда Кром собрался уходить. – Что она хочет сделать с моими девочками?

– Теперь это не ваша забота. В свое время вы приняли дар, теперь пришло время платить десятину.

– Я… я не допущу, чтобы им причинили зло, слышите, вы, негодяй! Они – невинные молодые женщины.

– Позвольте мне развеять эти страхи, ваша светлость. С ними будут обращаться как с королевами. В особенности с одной. С Честити, – объяснил Кром с лукавой улыбкой. – Она должна стать моей невестой.

– Эта участь постигнет всех моих дочерей? Они должны выйти замуж?

– Да.

– За представителей вашего вида?

– Конечно.

Леннокс сглотнул вставший в горле комок. Черт побери!

– Они все? – произнес герцог придушенным голосом.