Джейн Эйр

Насколько я понимаю, это обвинение в твой адрес мистер Броклхерст повторил со слов миссис Рид, а искренность твоей натуры мне видна по твоим горящим глазам, по твоему чистому лбу. Зачем все время отчаиваться? Ведь жизнь так быстротечна, и смерть введет нас в мир вечного счастья, на небеса?

Я не проронила ни слова. Хелен успокоила меня, но в этом успокоении сохранялся какой-то налет невыразимой печали. С горестью слушала я ее, но не могла объяснить себе, откуда взялась эта горесть. Закончив говорить, Хелен дышала учащенно, несколько раз у нее прорывался кашель, и я забыла о своих печалях, их вытеснило волнение за Хелен.

Я сидела, положив голову ей на плечо и обняв руками за талию, а Хелен прижала меня к себе. Так в молчании прошло какое-то недолгое время, а потом мы услышали шаги. В этот момент ветер прорвал окно в тучах, и в просвете показалась луна. Ее свет пролился на нас и выхватил из темноты приближающуюся фигуру, в которой мы сразу узнали мисс Темпл.

– Я специально пришла за тобой, Джейн Эйр, – сказала она.

И мы пошли следом за директором. Путь пролегал по запутанным коридорам, лестницам, и вот мы, наконец, пришли. В комнате весело пылал камин. Мисс Темпл велела Хелен Бёрнз сесть в низкое кресло возле камина, сама села в другое, а меня подозвала к себе.

– Ну, всё? – спросила она меня, глядя в лицо. – Выплакала свое горе?

– Я боялась, что никогда не выплачу его.

– Почему?

– Потому что меня не за что обвинили.

– Думать мы будем о тебе так, как ты себя покажешь, дитя мое. Продолжай быть хорошей девочкой, и ты нас вполне устроишь.

– Правда, мисс Темпл?

– Правда, – произнесла она, обнимая меня одной рукой. – А теперь расскажи мне, что это за леди, которую мистер Броклхерст назвал твоей благотворительницей.

– Миссис Рид, жена моего дяди. Дядя умер, и я осталась у нее на попечении.

– А приняла она тебя в свою семью, значит, не по собственному желанию?

– Нет, мадам, она очень не хотела делать этого.

– Так, Джейн. Ты знаешь, а если нет, то я говорю тебе, что, когда преступника обвиняют, ему дают возможность высказаться в свою собственную защиту. Тебя обвинили в лживости. Теперь защищайся, как можешь, и старайся.