Сбежавшая невеста дракона

Если раньше из дома родители не могли выгнать нас на прогулку, то теперь с трудом загоняли домой! Школьные дискотеки, вечерние променады вдоль набережной и пробежки до остановки за последним трамваем. Романтика…

А что потом? Потом одиннадцатый класс, экзамены, удивительно как в голове, кружащейся от любви, хватило места для знаний. Я поступила на ветеринара. Всегда хотела спасать животных. Испытывала жалость ко всем бездомным зверушкам, поэтому самоотверженно тащила их домой.

У мамы при виде грязного шерстяного комка случалась истерика, но она у меня отходчивая.

Вот и в Феде своем, я, наверное, подсознательно разглядела представителя парнокопытного, которого стоило спасти. Иначе свою тягу к нему я не могу объяснить.

Он кстати поступил в финансовый вуз, на бухгалтера. Ему это очень подходило.

Въедливый, дотошный и нудный во всем, что касается денег и прочих материальных ценностей.

До сих пор с ужасом содрогаюсь при мысли, что он узнает, сколько стоило свадебное платье и туфли. Надо было съесть от них чеки, чтобы не оставлять улик.

Федька вообще всегда был жаден. Уж сколько неприятных сцен я пережила на кассах в магазинах, когда он отчитывал меня за купленную косметику или слишком дорогие духи. Но почему-то тогда это так сильно не цепляло.

На третьем курсе учебы мы стали жить вместе. Свою вторую квартиру папа щедро переписал на меня и разрешил жить отдельно. Прекрасное было время, наполненное любовью и беззаботностью. Почти, если не считать, что мы были бедны, как церковные мыши.

К концу пятого курса, Федька предложил пожениться. С этой радостной новостью мы пошли сначала в гости к моим родителям, где нас радостно благословили и поцеловали в макушку. Потом пришли в гости к маме Федора – Елизаре Федосеевне, прости Господи.

Вся боль и тоска еврейского народа смотрела на нас из глазниц его матушки.

Мы стойко выдержали допрос на материальные и меркантильные темы. Удивительная женщина с удивительной логикой. Узнав, что квартира, как была записана на меня, так и останется моим добрачным имуществом, Елизара Федосеевна, до этого относившаяся ко мне вполне нейтрально, резко высказалась против нашей свадьбы.