Демон твоих грез

Особенно сейчас, когда она перед ним совершенно обнажена, и прикрывается лишь скрещенными руками и ногами.

– Приступай, – прорычал он и растворился во тьме.

– Эй, а выдать униформу уборщицы? Или тюремную робу? – зная, что он ее не услышит, спросила она. И хорошо, что не услышит! Значит, не скажет в ответ какую-нибудь гадость, что ей точно не понравится.

Хели, наконец, смогла хоть на мгновение расслабиться и подумать о случившемся. Голова раскалывалась со страшной силой. Нога сильно ныла. И вот в таком состоянии ей делать генеральную уборку?!

* * *

Дамиан перенесся в свою спальню и нервно стал измерять шагами комнату.

Ему не следовало перемещать сюда Хелену. Это было огромной ошибкой притащить сладко пахнущую человечку в свою демоническую берлогу.

Что ему с ней делать и как вернуть ее обратно? Это ведь невозможно! Отсюда, из этого измерения, он не может открыть портал в другой мир.

Не потому, что не умеет или не хочет, а потому, что этот мир – его тюрьма, которую он смог расширить и изменить по своему желанию.

Довольно комфортная тюрьма, где Высший демон царь и Бог, владеющий магией. А ведь и ее могли отнять за то, что он совершил пять тысяч лет назад…

Как же все сложно. Правильнее всего было бы убить Хели, чтобы она не мучалась.

Но все в нем было против такого решения! Он даже непроизвольно издал глухой рык, представив на своих руках ее окоченевшее тело.

С другой стороны, что такое человеческий век? Оглянуться не успеешь, как вместо молоденькой девушки перед ним будет безобразная старуха.

– Что же с тобой делать?

Дамиан задумчиво сел в любимое кресло и привычно бросил взгляд на большое зеркало. Лет десять назад он специально повесил его сюда, чтобы удобнее было наблюдать за человеческой девушкой.

Да, все эти годы он пристально наблюдал за жизнью Хели.

Почти сразу, когда демон разорвал связь с порталом девочки, он заметил, что стоит ему вспомнить о ней, как кадры ее жизни являются к нему в отражении. Четче и лучше было видно в зеркалах, но серебряная посуда тоже годилась. Он ходил тогда по замку месяцами, пытаясь понять, что же с ним происходит.