Анна Австрийская. Первая любовь королевы

– Таким образом, – продолжал Гастон, – каждый вечер, если он темный, госпожа де Комбалэ, торопясь засвидетельствовать почтение дяде, пробирается, закутанная в широкий плащ, вдоль люксембургских стен до смежного дворца, в котором живет его преосвященство. Говорят, эти ночные прогулки прекращаются, только когда он принужден удалиться по делам короля и по своим, как сегодня, тогда он предоставляет ей свободу.

– Которой она спешит воспользоваться, чтобы назначать свидание вашему высочеству.

– Эта женщина не любит оставаться не занятой, – флегматически заметил Морэ.

– Тогда она с трудом простит вашему высочеству, что вы заставили ее потерять два вечера.

– Ба! Она надеется наверстать потерянное в третьем.

– И ей-богу, она не ошибется! – сказал молодой принц с победоносным видом. – Сегодня вечером я не хочу отступать ни на шаг и принял для этого предосторожности.

Гастон вынул из кармана своего полукафтанья ключик, который вложил в руку герцога Монморанси.

– Вот, кузен, – сказал он, – ключ, который она мне дала, что бы я мог входить к ней инкогнито.

Я отдаю его вам. Когда мы немножко согреемся в кабаке на улице Феру, я доведу вас до двери, которой принадлежит этот ключ; отоприте ее сами и, когда я войду, заприте за мною. Не будучи в состоянии вернуться, я должен буду идти вперед.

– Очень благоразумно придумано, но, когда вы захотите уйти, кто отопрет вам дверь?

– Вы, кузен; вы и Морэ. Вы воротитесь для этого, когда настанет время. Господа, вы старше меня, и особенно вы, Монморанси, очень опытны в таких делах, скажите мне, сколько, по вашему мнению, мне нужно времени, чтоб с честью окончить это дело?

– Ваше высочество, двадцатилетняя вдова, племянница духовного лица, да ханжа вдобавок, всегда делает три четверти дороги, если не проходит ее всю вперед.

– Очень мило сказано! – с восторгом вскричал Морэ. – Генрих, у вас, верно, была целая дюжина любовниц-ханжей!

– Но ее глаза, любезный герцог, ее глаза жгут мне мозг и отнимают от меня все мужество, – сказал молодой принц не без некоторого замешательства.

 – Когда она на меня не смотрит, я чувствую себя способным на все; как только она на меня взглянет, я оторопеваю.

– Это очень просто, – возразил герцог. – Как только настанет минута, потушите свечу и будьте спокойны, темнота не заставит ханжу остановиться на дороге.

– Vente-saint-gris! – вскричал с радостью маленький принц. – Это чудесный совет, я сейчас им воспользуюсь.

– Золотые ваши речи, Монморанси! – вскричал Морэ.