Роковой миг наслаждения

Хьюго и пятьдесят его друзей приехали вчера вечером и должны провести здесь выходные. Завтра после завтрака – если кто-нибудь из них будет в состоянии проглотить хоть кусочек традиционного английского завтрака – они смогут посоревноваться в стрельбе по тарелочкам и порыбачить на озере.

Предоставление Эверслей-Холл для проведения свадеб и вечеринок – единственный способ оплачивать астрономические счета по содержанию поместья, пока не вернется ее отец.

Если он когда-нибудь вернется.

Сабрина поспешно отбросила эту внушающую страх мысль, как и остальные тревожные мысли, и улыбнулась пожилому дворецкому, который шел к ней через гостиную, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень неодобрения.

– Пойду-ка я возьму швабру и приберу здесь, мисс Сабрина.

– Я сама все сделаю, Джон. Ты не обязан убирать после гостей.

Она не смогла скрыть грустную нотку в голосе. Ей неприятно было видеть, как к Эверслей-Холл проявляют пренебрежение Хьюго и ему подобные. Эти люди, похоже, считают, что, если у них есть деньги – к которым порой прилагается титул, – это позволяет им вести себя, как животным.

Хотя, наверное, считать так – значит нанести оскорбление животным, решила Сабрина, заметив, что одна из девушек закуривает.

– Сколько раз мне придется напоминать, что в этом доме не курят? – пробормотала она.

– Я провожу юную леди в сад, – вызвался Джон. – К вам гость, мисс Сабрина. Некий мистер Дельгадо. Прибыл несколько минут назад.

Сабрина замерла.

– Дельгадо? Ты уверен, что он представился именно так?

Дворецкий был оскорблен.

– Абсолютно. Рискну предположить, что он иностранец. Он сказал, что хочет поговорить с графом Бэнкрофтом.

– С моим отцом? – Сердце Сабрины пропустило удар.

Она сделала глубокий вдох и постаралась призвать на помощь здравый смысл. Имя гостя Дельгадо, но это не означает, что сюда явился Круз. Вероятность этого равна нулю, заверила себя женщина. В последний раз она видела его десять лет назад. День, когда прекратились их отношения, и день, когда она потеряла ребенка, навсегда впечатались в ее память.

Апрель неизменно приносил мучительные воспоминания. Тяжесть на сердце усиливали только что появившиеся на свет ягнята, птицы, вьющие гнезда, – куда ни глянь, новая жизнь била ключом, в то время как Сабрина молча оплакивала своего нерожденного малыша.

– Я предложил мистеру Дельгадо подождать в библиотеке.

– Спасибо, Джон.

Шагая по холлу мимо портретов своих выдающихся предков, Сабрина пыталась взять себя в руки.