Мне без тебя не жить

– Элин, тут есть одно условие. Мистер Сандерсон заявил, что до того, как предъявить права на наследство, ты должна в течение года выйти замуж и обеспечить отца своему сыну. Если ты не выполнишь это условие, твоя доля винодельни перейдет к главному наследнику твоего приемного отца.

Элин потеряла дар речи. Конечно, ее отец не одобрил то, что она стала матерью-одиночкой, но, когда родился Гарри, он, казалось, очень обрадовался малышу.

– Не могу поверить, что Ральф мог написать такое, – наконец выдавила она.

Джарек потянулся к Элин и сжал ее руку.

– Ты ведь знаешь, что Ральфу нравилось играть в свои маленькие игры, – язвительно заметил он. – Это еще один способ попытаться контролировать ситуацию даже из могилы. Элли, не переживай. Твоя доля перейдет ко мне, а если ты не выйдешь замуж, я перепишу винодельню на тебя. У меня нет ни малейшего желания заниматься виноградником. – Джарек перевел взгляд на Карстерса. – Может, уже покончим с этим завещанием? Меня ждут дела.

– Осталось еще два пункта, – в который раз прокашлялся адвокат.

Что за странное завещание? В нем не было никакого смысла. Ее брат считался прямым наследником Ральфа и должен был получить все, включая Какмирское поместье, с его домом, двумя тысячами гектаров земли, лесом и виноградником, а также тридцатью пятью коттеджами и пабом в Литтл Бэрдли.

– «Наконец, я завещаю все, чем владел, исключая все вышеперечисленное, все мои деньги и имущество, а также должность управляющего «Сандерсон-банком» своему родному сыну, Кортесу Рамосу».

В библиотеке воцарилась мертвая тишина. Элин прижала руку к груди, пытаясь остановить готовое выпрыгнуть оттуда сердце.

Только бы не тот самый Кортес, с которым она переспала год назад. Но ее сковал страх, когда она вспомнила мрачную фигуру, появившуюся в церкви, во время отпевания ее отца. Что теперь будет с Джареком и с ней самой? И что ждет ее собственного сына? Будущее, которое секунду назад казалось таким надежным, вдруг стало туманным и пугающим.

– Карстерс, это какая-то шутка? – напрягся Джарек. – Вы ведь знаете, что Ральф и Лорна Сандерсон не могли иметь детей, поэтому взяли меня и сестру. У Ральфа не может быть родного сына, и этот Кортес Рамос, кем бы он ни был, не может заявлять законные права на имущество моего приемного отца.

Мистер Карстерс не успел ничего ответить.