Английская роза

Бетси села в самое дальнее от него кресло, и он бросил на нее насмешливый взгляд. Она отпила глоток виски и закашлялась.

Два года назад ее неискушенность забавляла Карлоса, казалась ему живительной, а теперь он не мог понять, на самом ли деле она так неопытна или прикидывается. Может быть, она ловко провела репортеров?

Как будто прочитав его мысли, она тихо сказала:

– Журналист, который приезжал в деревню, раньше видел меня в Лондоне… Он, конечно, только предположил, что Себастьян – твой сын. Узнав, что я подрабатываю в пабе, сказал владелице, что мы с ним знакомы по Лондону.

Уверял, что знает, будто ты – отец Себастьяна. Сара, не подумав, подтвердила его слова, потому что думала только о том, как спасти паб от наводнения.

Карлос готов был поверить, что Бетси говорит правду.

– Даже если то, что ты говоришь, – правда, как владелица паба могла подтвердить Вейну, что я – отец Себастьяна? – холодно спросил он.

Лицо Бетси пошло пунцовыми пятнами.

– Сара – моя ближайшая подруга… и я ей во всем призналась.

Карлос выругался.

– Когда я показал тебе статью, ты уверяла, что никому ничего не говорила! Значит, снова солгала, – процедил он. – Я должен был узнать о нем первым, а не выяснять, что я отец, из какой-то жалкой газетенки!

– Но как, когда я могла тебе что-то сказать? Когда я выяснила, что беременна, или после рождения Себастьяна? Ты вернулся в Испанию на следующий день после того, как мы переспали, и я никак не могла с тобой связаться!

– Неправда.

К браслету, который я послал тебе в подарок, я приложил записку со своим телефоном и приглашением приехать ко мне в Испанию.

– Какое приглашение? Какой браслет? – Бетси недоуменно смотрела на него.

Он нахмурился.

– Хочешь сказать, что ты не получила пакет? Он был адресован тебе, и курьерская служба сообщила, что пакет доставили в дом твоей тетки.

– После твоего отъезда я не получала от тебя никаких вестей. Откровенно говоря, не верю, что ты мне что-то посылал.

Ты все выдумываешь, чтобы не казалось, будто ты меня бросил.

– И это ты обвиняешь меня во лжи?! – Карлос не верил собственным ушам; он стремительно терял самообладание.

– Что, не нравится? – холодно спросила Бетси.

От ее дерзости он стиснул зубы и все же против воли почувствовал уважение к ней. Два года назад Бетси благоговела перед ним, звездой большого тенниса, но материнство превратило ее в львицу, готовую любой ценой защищать своего детеныша.