Желанная

Угасающим зрением я успела выхватить перекошенное от испуга молодое мужское лицо и удивительно красивые, сияющие в темноте комнаты насыщенными изумрудами глаза. Но только это, ведь сознание уже укутывала мягкая и удивительно нежная тьма.

Глава 10. Сладкий плен

Да, вокруг была тьма без времени и привязки к пространству. Я даже тела своего не чувствовала. А когда граница темницы разума расползлась на него, то холода тоже не было. О нём обычно рассказывали те пациенты моего учителя, когда сталкивались с чем-то подобным.

Они рассказывали и о головных болях, что совершенно не влияют на чистоту мыслей, как в обычных случаях. Учитель говорил, что это связанно с особым состоянием мозга, пережившего сначала небольшой недостаток нужных веществ, когда сосуды резко сузились, а потом захлебнулся вкусняшками, стоило всему вернуться в прежнее состояние. Оттого и боль – как в переполненном желудке.

Но у меня не было и боли. Ни боли, ни холода, ни каких-либо ещё последствий обморока. Значит, это был не он. Тогда задаём логичные вопросы: что со мной и где я? Спрашивать же себя о последнем случившемся со мной смысла не было – память всё услужливо выдала сразу.

Итак, чтобы ответить хотя бы на один из заданных вопросов, нужно сделать самое простое – открыть глаза. С этим как раз и возникали проблемы – тело совершенно ничего не хотело делать. И это была даже не слабость! Казалось, что организм просто ещё не проснулся.

Но глаза открыть всё же стоит. Во-первых, мало ли где я решила «вздремнуть». Во-вторых, у меня ещё явно не всё запланированное Богиней сделано. И эта пауза может просто ей не понравится. Или меня переместит прямо в лежачем положении к воротам или дверям дома следующего нуждающегося.

Не успела накрутить себя окончательно, чтобы пробудить тело методом надуманной паники, как что-то зашевелилось рядом. Вот теперь можно начинать бояться от реальных вещей! Только кто бы дал? Меня начали чем-то окутывать. Твёрдым, шевелящимся и до приятной истомы тёплым. И этой теплоты удостоилась нижняя половина тела.