Печать Тьмы, или Мила из Другого мира

Да и кто знает, насколько всё точно в них?

За размышлениями оставшийся путь пролетел быстрее, позволяя легче погрузиться в переплетение улиц портового города. А может даже столицы, кто знает. Проходя центральные врата в окружающих город стенах, я ожидала встретить все атрибуты нижних колец таких населённых пунктов, что обычно описывались в книгах: хлипкие или просто старые и неухоженные полупокосившиеся домики, грязь, нищета и ворьё. Но нет, меня встретили светлые чистые каменные улочки меж маленьких, аккуратненьких белостенных домиков с разноцветными крышами самых различных форм, с оконными рамами и дверьми в их цвет.

И везде горшки с цветами, клумбы и ухоженные газоны.

По дорожкам-тротуарам гуляли, куда-то спешили, что-то обсуждали обычные горожане среднего достатка, среди которых иногда мелькали и богатые особы – их отличали не только поведение, манера держаться, но и одежда с украшениями. Мужчины вели под ручку своих дам. Дети смеялись и дурачились, убегали вперёд или просто шли рядом с родителями.

Одинокие пешеходы либо просто осматривались – видимо, приезжие, – либо следовали куда-то с задумчивым лицом, либо спешили, не замечая ничего вокруг.

По дорогам же туда и обратно шныряли грузовые открытые телеги, закрытые повозки наподобие дилижансов из далёких времён дикого запада, двухместные открытые экипажи, закрытые многоместные и не очень кареты, и просто всадники одни или с компаньоном за спиной. И каждый вид транспорта или каждого наездника вели удивительные существа, сначала принятые мной краем глаза за лошадей.

Лишь присмотревший, я застыла на краю тротуара от удивления.

Это были почти двухметровые создания на звериных лапах, с телами хищных кошек или даже волков, с мордами ящериц и сильными гибкими хвостами львов, только без кисточек на конце. Их мощные тела покрывала короткая шерсть, подобно той, что у лошадей, и тоже имела самые различные её цвета, оттенки и окрасы. А ещё легко было отличить самку от самца. Последние были крупнее телом и ростом, а ещё над их лбами возвышались и резко уходили назад острые рога.

О, и очень милая деталь – уши! Очень похожи на кошачьи, но находились они по бокам головы и острой верхушкой уходили назад.

Уф, мурашки по коже. И от вида этих животных, и от окончательной мысли «всё же другой мир». Может в голове, в самом дальнем уголке ещё и оставался островок скептицизма и недоверия, как спасительный круг на случай крушения этой реальности и возвращения в мою. А сейчас, разрушился даже он.