Печать света, или Зарница нового мира

Большой бассейн в середине возвышения со ступеньками с боку, душ у стены, раковина с зеркалом над ней и рядом «белый конь» в углу.

Меня поднесли прямо к желанному объекту, поставили на ноги и… принялись расстёгивать мои штаны. Что?!

– Э! Руки! – мгновенно среагировала я, шлёпая по обнаглевший конечностям. А в ответ получила взгляд полный непонимания и даже осуждения. Вот наглость! Он лезет, а я виновата? – Кыш! С этим я и сама справлюсь! Спасибо! – и попыталась толкнуть эти широченные плечи, но как в стенку ударилась – даже не сдвинула.

– Я помогу расстегнуть и снять, – буркнул ангел, вновь насупив бровища и поджав губы.

– Что? – ахнула я, чувствуя, что сдержать поток уже почти не в силах. – Не-не-не! Не надо! Я сама! Сама! – голос от натуги срывался, и местами мои возгласы были больше похожи на писк.

Мужчина поджал губ и стал ещё мрачнее. Зараза! Это мне тут мрачнеть и хмуриться надо от ненужной помощи! Не знаю, до чего бы мы дошли – он силой снял бы с меня штаны или я огрела его чем-нибудь по голове, – но из спальни раздался шум открывающейся двери и быстрых шагов.

Ангел яростно сверкнул в ту сторону глазами, быстро пробежался взглядом по мне, опять обернулся на шум, что-то, видимо, решая. И решение пойти да разобраться с нарушителем всё же перевесило. И слава Богу!

Я не стала долго оттягивать момент истины. Так что, стоило этому ненормальному оказаться за дверью, я стянула штаны и «оседлала коня», с трудом сдержав протяжный стон облегчения.

И, победно улыбнувшись, рухнула ему в руки уже с чистой совестью. Мавр сделал своё дело, мавра можно уносить.

Глава 4

В спальне нас ждал ещё один ангел. На этот раз со светло-коричневыми крыльями среднего размера. На его мягком лице прочно обосновалось беспокойство и лёгкое непонимание, с которым меня и окинули взглядом янтарных глаз.

Если присмотреться к этим двум ангелочкам, то мой в сравнении с этим скорее Архангел. Крупнее в мышцах, шире в плечах, выше в росте. Да даже крылья у него в сложенном виде до пола достают, а у этого только до середины его берда! – подумала я и тут же себя одёрнула, поняв, что только что, пусть и в мыслях, назвала этого неотёсанного громилу своим.